Среди туманов и снов

Но хуже всего те из нас, кто был у троллей. Или хотел к ним присоединиться.

– Как… к троллям? – переспросила я. – Зачем?

Я поймала взгляд Люка, но он быстро отвел глаза и сделал вид, что наш разговор его совершенно не интересует.

Саманта усмехнулась.

– Почему люди делают то, что делают? Они ищут лучшей жизни.

– У троллей? – поразилась я.

– Вот сразу становится понятно, что ты из столицы. Да, у троллей. Порой нелюди лучше людей. Хотя и не намного.

Саманта замолчала и отдала должное мастерству кашевара.

– Если ты еще не заметила, то к нам отношение, как к отбросам. Но, как говорят маги, у нас есть шанс. То есть, когда нас сочтут достаточно благонадежными, то выпустят.

– А когда выпустят, то можно вернуться домой?

– Вот дурочка! Какой дом… Для начала позволят выйти из проклятого лабиринта и поселят в нормальном жилом крыле с другими адептами.

– А насколько большой замок?

– Трудно сказать. Мы знаем про шесть башен, которые соединены между собой переходами и внутренними двориками.

– Точно.

– Привыкай. Ты и сама теперь маг. Каждый день будешь видеть невероятное.

Саманта рассмеялась, но потом стала серьезной.

– Просто так не выбраться. Только одному на моей памяти удалось. Но и то, непонятно, что с ним стало. Может, поймали давно…

Саманта замолчала и склонила голову в знак уважения.

– А может, – бодро сказала она, – у него все получилось. Рисковый был парень, этот Мадс. Но возвращаясь к твоему вопросу, Небо – это, по сути своей, тюрьма, внутри еще большей тюрьмы-лабиринта, полного магических карманов и ловушек для тех, кто пытается покинуть это чудесное место без разрешения.

– И давно ты здесь? – спросила я, и в горле как-то враз пересохло.

– Достаточно. Но я, в отличие от многих, не слишком тороплюсь его покидать.

– Но почему? Это же ужасно!

– Тепло. Мягкая постель. Еда три раза в день, – Саманта демонстративно облизала ложку. – Занятия магией. Да, работать надо, а где не надо? Сама подумай, что за пределами замка: война с троллями, голод, страх и ужас. Нет, я лучше побуду здесь.

Она усмехнулась.

Я повнимательнее присмотрелась к Сэм, но так и не смогла определить, говорит она серьезно или шутит. Меня совершенно не прельщала перспектива жить в тюрьме.