Среди туманов и снов

Ни одна девица или дама, благородная леди или простолюдинка не могла чувствовать себя в безопасности рядом с Этельредом. Его аппетиты были неуемны.

– Эти места вокруг замка были священны для наших врагов, а теперь я наводню замок лучшими шлюхами! – король возвысил голос. – Друг мой, здесь будет место, свободное от запретов и приличий! И тролли меня раздери, если мое слово не железно!

На солнце набежало облако, и в зале на мгновение резко потемнело.

– Твое слово твердо, милорд, – поспешно согласился Галард.

– Где там эти лентяи? Я что, мало плачу своим рыцарям, если они не могут купить себе добрых легконогих коней? Неужто они взяли мало трофеев в последнем походе?

Он уже был готов разозлиться, когда гулкие залы наполнились смехом и женским визгом. В зал ввалился Роберт с девицей на плече.

– Взгляни, Твое Величество, кто повстречался мне на пути. По всем признакам охота будет доброй, – сказал Роберт и похлопал девицу по заднице.

Она взвизгнула и, взъерошив огненные волосы Роберта, что-то прошептала ему на ухо.

Гнев монарха быстро вспыхнувший, так же молниеносно улетучился.

– Не трать на нее слишком много сил, Роб, – король сделал неприличный жест, который никак невозможно было ожидать от монарха.

Девица сползла на землю, цепко ухватила Роберта за рукав и увлекла за собой в глубину замка.

Король хмыкнул и стал серьезным:

– Веди, Мира.

Они дошли до большого зала. В исполинском камине пылал жаркий огонь. В центре стоял стол, который ломился от кушаний: запеченный лебедь соседствовал с горой куропаток, фаршированных фруктами и орехами.

Тяжелые кубки ждали, чтобы наполниться самыми изысканными винами, привезенными из отдаленных южных провинций.

Галард присвистнул.

Мира сдержанно улыбнулась, наблюдая за реакцией рыцаря.

– Я что-то не вижу… – начал Этельред.

Она быстро хлопнула в ладоши, и из-за бархатной занавеси, скрывавшей небольшую дверь, в зал вошел еще один человек, низкорослый, с землистого цвета лицом и цепким, темным взглядом. Он нес большую корзину, прикрытую полотенцем.

– Крысолов! – обрадовался король.

Крысолов поставил корзину на пол и склонился в почтительном поклоне.