Среди туманов и снов

– Постойте, Ваше Величество! – Галард замешкался, достал из седельной сумки сверток и очень аккуратно извлек из него на свет золотой обруч с острыми зубцами.

– А, да, давай! Теперь можно зайти как полагается.

Король Этельред возложил корону себе на голову. Обруч плотно обхватил лоб и примял темные кудри. Теперь правитель походил на правителя, а не на разодевшегося солдата удачи.

Галард и Роберт не преклонили колени перед своим государем. Эти дворяне находились на особом счету и носили почетное звание «рыцарей рукава».

Название пошло из старинного обычая: когда король появлялся перед своими подданными, двое рыцарей всегда стояли справа и слева, буквально касаясь рукавов королевского платья. Да и весь выезд в глушь был задуман, чтобы позволить себе вольности и уйти от протоколов.

– Если бы вы отправили слуг заранее, они бы все подготовили к вашему приезду, – сказал Галард, с сомнением глядя на мрачные каменные стены.

Но его величество лишь презрительно хмыкнул.

– Чтобы верховный маг прислал сюда своих прихвостней и соглядатаев под предлогом, что это место необходимо очистить от тролльего колдовства долгими ритуалами с песнями и ночными бдениями.

Нет уж! Я желаю поохотиться, желаю хорошенько повеселиться и не намерен терять время. Нам с тобой не привыкать к походным условиям, тем более я кое-что придумал и отправил сюда доверенных людей.

Галард вздрогнул. Он почувствовал укол раздражения, почему король ничего не рассказал о своей затее. Кому он доверяет больше, чем ему.

Мужчины налегли на тяжелые двери, которые долго не поддавались, словно в замке осталась неведомая призрачная сила, все еще противящаяся вторжению захватчиков.

Ровно год назад молодой Этельред пришел в эти леса с небольшим войском и разгромил троллей. Никто из защитников замка не выжил в кровавой бойне. Лестницы и полы стали красными и склизкими, вороны слетелись пировать и кружили такой огромной тучей, что их крылья застилали небо, поэтому ясный день казался сумрачным вечером.

Но таков был король Этельред в свои двадцать три года – неудержимый воитель. Мечом и огнем он теснил магию и всяческое чернокнижие. Он отогнал нелюдей далеко от границ своего королевства, и вечные туманы отступили.

– Недурно место, – сказал король, оглядывая просторный холл с резными колоннами.

С потолка на непрошенных гостей взирали пятиконечные звезды и луны с человеческими глазами, колонны были испещрены магическими символами колдунов-троллей.