Зуд

Может быть, вы желаете снять комнату?

Ежи открыл глаза, сон ушел, камин пылал все так же яростно, одежда почти высохла, но усталость осталась, хотелось снова закрыть глаза и очутиться в черном шатре. Ежи посмотрел на часы – 20:34.

– Простите, не подскажите ли, который час, мои часы стали спешить, и я им перестал доверять, – произнес усатый господин, перенеся склоненную голову с правого плеча на левое.

– 20:34, – ответил Ежи, еще раз взглянув на часы. – Я не хотел будить вас, господин… – Ежи замялся, забыв имя.

– Керлиц, – усатый господин располагающе улыбнулся.

– …Господин Керлиц, мне очень неловко, что я вот так уснул. Меня зовут Ежи, я…

– Это я должен извиниться, что спал на рабочем месте, – перебил Керлиц, – но в последнее время так плохо засыпаю, что, уснув наконец, просто ничего не замечаю. Может быть, вам нужен номер, господин Ежи?

Ежи пожал плечами:

– Да, пожалуй…

– Тогда пройдемте к стойке регистрации, – во время всего разговора находившийся в полусогнутом положении, нависая над сидящим Ежи, Керлиц резко выпрямился, как струна, и быстрым шагом, сложив руки за спиной, направился к стойке.

Ежи встал, взял стоящий около кресла рюкзак, перекинул через руку плащ и пошел вслед за ним. Какой-то он неестественный в своих резких движениях, подумал Ежи, пожалуй, ему больше подходит безмятежное состояние сна, в котором он пребывал, когда я только вошел.

Керлиц уселся в кресло, нацепил на нос маленькие круглые стеклышки очков, раскрыл толстый, в кожаном переплете, журнал и, макнув перо в чернильницу, уставился на Ежи, но тут же отвел взгляд и, глядя на кончик пера, произнес деловито:

– Итак, господин Ежи, вы желаете номер?

– Да, – Ежи даже не успел еще произнести это короткое слово, а Керлиц уже говорил дальше.

– Очень хорошо, – он записал что-то в журнале. – Вам одноместный?

– Да.

– Ясно, – опять что-то записал. – Вы к нам надолго?

– Собственно… я не знаю…

– Так, – и опять какая-то запись.

Рядом с журналом, под левой рукой господина Керлица, лежали часы – красивые, старые, на тонкой золотой цепочке, чудесная вещь.

– Это и есть ваши часы, господин Керлиц? – спросил Ежи.

– Да. Жаль, они подводят меня… я их не ношу, – ответил Керлиц и отодвинул часы в сторонку.

– Позвольте посмотреть.