Жития грешных. Стихи и ничего лишнего

Да, он актёр, он шут и лицедей,

И кто сказал, что он хороший трагик?

Его я не сменил бы крест на свой,

Пусть золотом блестящий,

Но…

В отличии от нас с тобой

Он есть,

И он живой и настоящий,

А мы лишь спим на выцветших страницах…

Ramble on

Скитания меж призрачных фантомов

В тени сознания, где мысли словно Боги

Играют в игры, строя из изломов

Моей судьбы в небытие дороги.

Вы все бродяги – я меж вами первый,

На перепутье крест мой старый полусгнивший,

И километрами дорог больные нервы —

Нам по пути покуда я не лишний.

Мой путь туда такой же как обратно —

Без цели, смысла вечное движение,

Одна мечта – чтоб стало мне понятно,

Кто брат мне, а кто просто отражение.

И я иду стряхнув с себя усталость,

Но есть вопрос пугающе понятен —

Живой ли я совсем иль хоть на малость,

Или как Бог – всего лишь вероятен?

Безумие овладевает нами

Безумие овладевает нами, когда приходит ночь своей тоской

Оплакивая нашу непричастность

К чужому счастью, что свечой трепещет

Несмелое, боясь себя спугнуть

Ступает робко на опасный путь

В той пустоте без обретенья цели,

Где страх, что что-то можно не успеть

Танцует вокруг нашей колыбели,

Прося нас раньше срока повзрослеть.

И мы встаём, и трепетно танцуем,

Собою заслоняя пустоту,

Вплетая в танец светлую мечту и веру,

Что и мы когда-то будем

Счастливей всех, кого носила твердь,

Мы пустоту ласкаем и целуем,

Не ведая, что мы целуем Смерть.

На лезвии тьмы и света

На лезвии тьмы и света

Закручена вся кутерьма,

Мы страшно хотели лета,

А нам, как в укор, зима.

На стыке желанья и лени

Запущен времени ход,

Мы живы, пока мы тени,

Но скоро солнце взойдёт.

Пока сердце стынет в прохладе

Так, что и вином не согреть,

Мы прячем эмоции ради

Того, чтоб самим не затлеть.

И пусть эта скованность вечна,

Но что-то случится вот-вот,

Мы все – уплотнённое Нечто,

Мы в мир выдыхаем лёд.

Powerful animal

Мой самый первый шаг —

Путей судьбы стеченье.

Ах, как приятно быть,

Но не иметь значенья.

Открытые закрыть

В своё сознанье двери,

Проснуться и не быть

Могущественным зверем.

Рваные мундиры

Rendly uniforms on a sand.

Рваные мундиры на песке…

Feast of Death and

Вчера здесь был пир Смерти…

We like a toy soldiers on a child’s hand.