Сочинения. Том 1

Быть может, для вас самым счастливым местом на земле.

– Уходите? – Да, ухожу. – Скажите на прощанье, зачем вам хотелось, чтобы я представил себя котом? – А почему бы и нет? – Погодите. – Да? – Вы, как будто, предлагали выпить? – Нет, вы меня с кем-то путаете. Я не пью. Держитесь подальше от женщин, мой вам совет.

Этот и подобные этому финалы – всегда полная неожиданность для автора. Я же говорю, персонажи живут сами по себе. Вот вам и параллельный мир.

Что же касается предложенной бродягой игры в метаморфозы, а это было ничто иное, как игра в метаморфозы, думаю, он хотел продемонстрировать Ягнатьеву особенности кошачьего зрения.

Но для этого требуется другая форма зрачка.

Думаю, проще было бы трансформировать Алексея Ильича в ленивца. Но бродяга может и не догадываться о существовании этого чуда природы.

Впрочем, я могу и ошибаться на сей счет.

Разводы

Разводы.

Разводов становится все больше и больше. Думаю, это как-то связано с экологией.

Ягнатьев.

С тем, чтобы отвлечься от ужаса ледяной воды, погружаясь в ванну, Алеша старался думать о ленивцах…

Я же не думал о ленивцах.

Я не думал о ленивцах в тот момент просто потому, что не вспомнил о них. А подумать о них как раз следовало бы. Это очень и очень отвлекает в минуту испытания.

Как изменился мир! Как изменился мир! То, что однажды подсмотрел я в передаче Национального географического общества, лишило меня сна на трое суток. Ягуар пожирал ленивца. Но это – не самое страшное.

Потрясением для меня явилось то, что ленивец при этом улыбался. Какое счастье, что в моем детстве, в томике Брема, ленивец был на одной странице, а ягуар – на другой!

Милые создания. Мне хотелось бы дружить и с одним и с другим.

Теперь не остается сомнений в том, что программы Национального географического общества не образовывают, а изощренно убивают. Сегодня ленивец, а завтра, быть может, и ягуар?!

Сегодня – ты, а завтра – я?!.

Во время просмотра передачи Национального географического общества, а также последующие трое суток Ягнатьев ощущал себя тем самым ленивцем.

Он и теперь представляет себя ленивцем. Вот только улыбаться так лучезарно, безмятежно не умеет. Не умеет и не хочет.

Поэзия

Изменившемуся миру не нужна поэзия. Хотя поэты не умолкали ни на секунду. Бесконечный треп. То, что поэты, дескать, молчат, когда говорят пушки – чушь. Бесконечно болтливы и те и другие. Силятся перекричать друг друга и гремят страшно.