Глория

За пять остановок барышня с редким именем не произнесла ни звука. Сто метров до дома еле прошла, но нести себя на руках не позволила.

Проводив ее в комнату, Вадим поспешил на кухню за аптечкой и стаканом воды. Когда он вернулся, оказалось, что барышня так и стоит посреди гостиной, не решаясь присесть.

– На, выпей, – он кинул в стакан шипучую таблетку и протянул Глории. Та как завороженная уставилась на бегущие пузырьки. – И давай, приземляйся, где нравится. Здесь не музей. Быстренько лечимся, ужинаем и спать – двенадцать почти.

Я тебе на диване постелю.

По-прежнему не сводя глаз со стакана, девушка осторожно и медленно присела на край дивана.

– Ты что, аспирин никогда не видела?

– Видела. Просто, прикольно выглядит, – она осторожно отпила.

Вадим удивленно покачал головой и поспешил сменить тему:

– Показывай свои ужасные травмы.

– Не надо, я сама, – Глория окончательно смутилась.

– Не сама, а показывай.

До крови стертые пятки Вадим шустро протер перекисью водорода и залепил пластырем.

Настал черед коленки. Закусив губу, барышня аккуратно закатала штанину. Срезав ножницами импровизированную повязку из какой-то грязно-серой тряпки, Вадим осторожно высвободил коленку и тихонечко присвистнул. Увиденное ему не понравилась. Края небольшой раны вспухли и покраснели, сукровица сочилась, не желая останавливаться. Вокруг разливался огромный иссиня-черный синяк.

– Эээ… Глория, а может тебя все-таки отвезти к платному хирургу?

– Зачем? – встрепенулась девушка, и глаза у нее сделались испуганными.

– Затем, что с такими травмами не шутят. У тебя началось воспаление.

– Вадим, поверь, со мной уже бывало такое. Все обязательно заживет.

Он неодобрительно покачал головой и вылил на ранку почти пол-пузырька перекиси. Девушке полагалось заорать и подпрыгнуть до потолка. Вместо этого она лишь едва слышно зашипела сквозь стиснутые зубы. Внезапно Вадиму подумалось, что клинок в потертых ножнах подходит ей гораздо больше спортивного костюма.

– Если завтра станет хуже, обязательно обратись к врачу.

– Хорошо.

Такая покладистость плохо вязалась с недавним испугом и Вадим прищурился:

– У тебя нет полиса, верно? И денег тоже.

Глория беззаботно улыбнулась:

– Со мной все будет в порядке. Не беспокойся.

С сомнением поцокав языком, он закончил перевязку.

Заварил чай, соорудил несколько бутербродов.

После ужина, пока барышня умывалась, достал из шкафа подушку, плед, постельное белье.