Витязи в ребристых шлемах. А поле боя держится на танках

Ещё издали, заметил приткнувшийся к кустам танк командира полка, и два штабных БТР. На гусеничном БТРе, плотную фигуру командира, с котелком в руке, что-то показывающему склонившемуся над картой Тубачеву. Поднявшись, по предупредительно приставленной лесенке наверх, Ткачёв доложил.

– Перекусил? – вместо ответа спросил командир. И услышав, что не успел, продолжил. – Так пошли посыльного, пусть принесет. Меня, тут, Тубачев какой-то «затирухой» кормит. Лучше поешь со своего ПХД.

Ткачев повернулся к своему заряжающему, неотступно следующему сзади, и теперь стоящему внизу, возле БТР.

– Молодец! – с теплотой подумал комбат. – Экипажник!

– Жуй, и слушай! Смотри и запоминай! – доставая ложкой что-то из котелка, продолжал командир. – Вот здесь, – показал он черенком ложки, – в двадцать три часа, будет развернут полевой пункт заправки. – Всё остальное доложит командир роты подвоза горючего армейского автобата.

Только теперь Ткачев заметил невысокого офицера с эмблемами автомобилиста.

– Заправка будет производиться здесь, – ещё раз уточнил старший лейтенант, – заглянув в карты комбатов. Заправляемся в две нитки, к каждому заправщику встают два танка с обеих сторон. На каждую роту, по пять АТЗ. Очень прошу не ездить по заправочным рукавам.

– Вот по этой части, они мастаки! На прошлых учениях, орлы Фомича, по расчалкам ретранслятора проехали.

Ткачев спустился вниз. Конечно, он узнал в командире автомобильной роты своего школьного товарища Тольку Антонова, который поступил в Челябинское автомобильное училище. И один раз они даже вместе были в курсантском отпуске. На этот раз поговорить не удалось, надо ехать, договорились встретиться на пункте заправки.

По дороге в батальон, неожиданно вспомнились напутственные слова командира.

– Не хочет командир вести колонну, боится «блудануть». Редко по полевым трассам ходит. Ну, да это его дело, как построить колонну. На то он и командир. Вот закончишь академию, примешь полк, езжай себе на здоровье, хоть в голове, хоть, за тех замыканием.

Осталось только поступить, да закончить, – вздохнул Ткачев, подходя к ожидающим его ротным.