Кот в лабиринте. Рассказы

Я просил желтый!

Она всё так же медленно поставила синий на место, дала мне желтый, достала из-под прилавка тетрадку и карандаш и спросила:

– Где вы работаете?

– Зачем вам это?

Необычные порядки этого города стали выводить меня из себя.

– Если будильник стоит больше, чем вы в состоянии заплатить, у вас впредь будут удерживать из зарплаты.

Я поставил будильник на прилавок.

– Вы хотите сказать, что он стоит больше моего месячного заработка?

Она пожала плечами:

– Я этого не говорила, но… кто знает.

– Так скажите же цену!

– Значит, вы его берете?

Пришлось смириться.

– Ладно. Беру.

Она записала, где я работаю, и затем назвала цену, равную моей зарплате за полгода.

– Сколько тогда стоят эти большие настенные часы? – вскричал я. – Миллион?

– Цена от величины не зависит, – заявила она.

– А от чего? От чего она зависит?

Продавщица и не думала отвечать.

– В таком случае я возвращаю покупку.

Я поставил будильник на прилавок и направился к дверям.

– Платить придется всё равно, – сказала она мне вслед.

На следующий день я рассказал всю историю старику. Правда, трудно было определить, слушает он меня или нет. Он не прекращал своей работы.

– Мне придется более шести месяцев выплачивать долг, – закончил я.

– Здесь все платят долги, – произнес он наконец. – Я тоже.

– Но почему цену можно узнать только потом?

– По-моему, это вполне естественно, – невозмутимо ответил он. – Ведь цена никогда и ни в чём не известна заранее…

***

Так я и живу в этом городишке.

Выплачиваю долги, днем работаю, вечерами выхожу на прогулку. Когда кто-нибудь идет мне навстречу, я опускаю глаза и перехожу на другую сторону улицы.

Моя голова

Давно, еще в детстве, я читал «Голову профессора Доуэля».

Мог ли я тогда подумать, что такая же участь постигнет меня? Что я буду спрашивать себя и окружающих – где мои ноги? Руки? Где мое тело?

Я очнулся в больничной палате – но не в постели, а на столике у окна.

И далеко не сразу до меня дошло, что от меня осталась… одна голова. Последнее, что я помнил, это мгновение до лобового удара, столкновения с встречной машиной.

Первый, кого я увидел, был мой личный врач, с сочувствием смотревший на меня. «Благодаря его усилиям! – с горечью думал я, закрыв глаза. – Как он подчеркнул „усилиям“… Главное – благодаря моим деньгам…».

Ещё – бы! Стимул бороться за мою жизнь у него был: такое жалованье ему раньше и не снилось.