Королевство Теней

Я прислонился к шкафу с пушистыми резными белками, собирающими кедровые орехи. Вдруг хрустнула ножка табурета. Я на мгновение затаил дыхание. Мама обернулась и грозно сверкнула глазами. Александра убрала платочек глубоко в нагрудный карманчик и, растерев на ресницах фиолетовую тушь, растворилась в полном безмолвии.

Мама, наконец, обрела непоколебимое спокойствие, перетасовала колоду и выдернула оттуда три карты. У меня тревожно и сладко, почти болезненно забилось сердце, когда она прошелестела невыразительно:

– Вот как.

Пятёрка мячей.

Не было видать лица, выражавшего благоговейной сосредоточенности, но я всем своим неокрепшим существом чувствовал, как маме тяжело приходилось принимать Александру. Женщина изнывала в тихом ожидании и глядела бессмысленно на выложенные карты.

Укрыл нервозности тяжёлый зной.

– Что там? – спросила Александра слабо.

В груди появилось противоречивое смутное чувство. От него сделалось нестерпимо душно и неприятно. Я плотнее прижался к шкафу и, не проронив ни звука, стиснул зубы.

Хоть у меня и разболелась голова, я старался держаться уверенно и естественно, чтобы не испортить встречу.

– Вы знаете, кто желает зла вашему сыну. Он приходит в дом каждую неделю и приносит сладости и деньги. Карты показывают человека сильного, инициативного, щедрого, но безжалостного и эгоистичного в личных целях. Ему ничего не стоит пойти на обман. На него мне указывает перевёрнутый Король жезлов. Смотрите, какой у него пронзительный, горячий взгляд! У вас есть знакомый с подобным взглядом?

– Ах, – воскликнула всполошено Александра и поднялась.

 – Есть. Вот же негодяй! Что он сделал с Максимом?

– Сядьте, пожалуйста. Я не договорила, – попросила мама настойчиво, но мягко. – Беда угрожает и вам.

– Что за беда?

– Об этом нам поведают карты.

Александра слегка качнулась и бессильно опустилась на бархат.

Я же поразился несуразности мысли, которой решила придерживаться мама, и чуть не подскочил с табурета.

Над картами замелькали тревожные картинки.

Воздух сгустился, и через стол перемахнул молодой человек. В следующую секунду он яростно набросился со знакомым ножом на плотную девушку с кудряшками. Страх и отчаяние её были настолько сильными, что передавались мне через видение невидимым мощным импульсом.

Я хорошенько запомнил драный брезентовый капюшон, бесследно пропадающий в голубоватом тумане, ботинок с шипами, проходящий сквозь снятый носок, и бульканье, как из котла с ведьмовским варевом.