Желторотик. Повесть

Взглянув на линии чертежа, он сразу определил, что это самая, что ни есть, простейшая модель планера. Эта модель относилась к серии тех моделей, которые Александр строил года два назад. В настоящее время он пытался конструировать более сложные модели и давно вынашивал планы построить «муху». «Мухой» он называл планер без горизонтального оперения.

Из-за отсутствия реек он долго не мог приступить к реализации своих планов. Теперь такая возможность была. Александр решил поэкспериментировать. Он ещё не знал, как правильно создать модель без горизонтального оперения.

И не просто создать и построить, а ещё, чтобы она летала. Интуитивно он чувствовал, что нужно уменьшить длину фюзеляжа и сдвинуть крыло ближе к килю.

Имея возможность использовать материалы, благо в авиамодельной лаборатории было много нужных реек, Александр, не откладывая дело в долгий ящик, решил сразу строить «муху», используя предложенный чертёж схематической модели планера, как основу, подлежащую небольшим изменениям.

На верстаке, что стоял в тёмном углу, лежало много реек разной длины. Лежали они хаотично в куче опилок и вызывали ощущение бесхозности. Выбрав из них рейки нужной длины, Александр аккуратно обрезал их по размеру, заданному в чертеже. Рейку фюзеляжа он сделал в два раза короче, чем нужно было сделать по чертежу. Александр примеривал её «на глаз» применительно к будущей конструкции. Конструкцию «мухи» он представлял себе до мельчайших подробностей, потому что много раз рисовал различные варианты её конфигурации.

Отсутствие чертежа его не смущало. Чертёж конкретного крыла был перед ним. Большего ему не нужно было.

Два мальчика начали помогать Александру. Не понимая своих чертежей, они увидели в действиях Александра уверенность.

Создавая «муху» Александр невольно стал руководителем в своём творчестве.

Нервюры ребята сделали из тонкой проволоки, которую нашли всё в том же тёмном углу лаборатории. Работа быстро продвигалась вперёд.

Отмерив места крепления нервюр, Александр осторожно проколол отверстия в рейках и, вставив в них подготовленные проволочки нервюр, загнул пассатижами их выступающие из реек концы.

Две половинки крыло уже лежали перед ребятами на столе, когда в лабораторию вошёл Махмуд Хамраевич.

– Кто это сделал? – повышая голос, крикнул он, глядя на Александра.

– Я! – не понимая причины раздражения Махмуда Хамраевича, ответил Александр.