Желторотик. Повесть

Глиняные дувалы, то есть заборы, и глинобитные домики быстро закончились, уступив место большим многоэтажным домам.

Машины приближались к центру города.

Перед отъездом Евдокия Ефремовна предупредила родственников о своём приезде, послав им телеграмму за день до отъезда. Они ждали её приезда.

Наконец машины остановились у большого кирпичного пятиэтажного дома. Мимо остановившихся машин часто проезжали трамваи, громыхая колёсами по рельсам. Пылили красные автобусы, обдавая прохожих выхлопными дымами и парами бензина.

Путешественников встретила сестра Евдокии Ефремовны.

– Шура, это тётя Лёля! – сказала Евдокия Ефремовна, представляя сыну свою сестру.

Родственники обнялись и расцеловались. Александр своих самаркандских родственников совсем не помнил, потому, что видел их давно, когда был ещё совсем маленьким.

Тётя Лёля повела всех в свою квартиру.

Иван Андреевич не стал долго задерживаться в гостях и, немного отдохнув вместе с шоферами, вновь тронулся в путь.

Иван Андреевич уехал, а Шурик вместе с матерью остался гостить у тёти Лёли.

В небольшой квартире тёти Лёли был идеальный порядок и чистота. После яркого солнечного света, летнего зноя и шума автомобильного мотора в комнате было прохладно, темно, тихо и уютно. Евдокия Ефремовна и дети устали в дороге. Дочка Валя почти всю дорогу была у неё на руках и большую часть времени спала.

Александр не смог справиться с навалившейся на него дремотой и уснул, едва пообедав. Вечером его будить не стали. Выспавшись всласть, он проснулся рано утром чуть свет. Светало. Слабый утренний свет голубым потоком вливался в комнату. Все ещё спали.

Проснувшись, Александр некоторое мгновение не мог понять, где он находится. Пробуждение в незнакомой обстановке было новым для него ощущением.

Окинув комнату взглядом, он вспомнил, что вся их семья переезжает в другой город, а он сейчас вместе с сестрёнкой Валей и матерью находится в гостях у тёти Лёли в Самарканде.

Александр лежал на кожаном диване, от которого исходил приятный запах. Наслаждаясь тишиной и уютом, он вновь было задремал, но за окном простучали колёса трамвая. За ним проехал другой трамвай. Прошумела машина. Это были новые, непривычные для слуха звуки.