Москва – Мадрид

Татьяна Борисовна, услышав слова мужа, засветилась от предвкушения предстоящей прогулки. Она до сих пор не переставала по-детски радоваться, когда её Матвеюшка (так ласково она его называла), приходя с работы, предлагал:

– А не прогуляться ли нам, Танюша, перед сном по вечернему городу?

– С большим удовольствием! – всегда отвечала она. Увидев её светящиеся глаза, и он вместе с ней начинал веселиться, как ребёнок.

Вышли рано, чтобы успеть пособирать грибы до наплыва москвичей. Женька шла вприпрыжку, срывая на ходу землянику и восторгаясь красоте окружающего мира природы.

– Папа, смотри, какие красивые жёлтые грибочки я нашла!

– Это лисички, – радуясь находке дочери, отвечал отец.

– Матвей, а это не поганки?

– Таня, это же настоящие опята.

– Сколько же много их здесь!

Через несколько минут её корзина была наполовину наполнена молодыми светло-коричневыми грибами.

– Эй! – слышится голос Дениса, ушедшего немного в сторону.

– Это он нас зовёт, небось, кого-то увидел или что-то нашёл, – предполагает Матвей.

– Ау! – отзывается Евгения и спешит на голос брата.

– Тс-с-с! Гляди, с кем я встретился, – тихо говорит Денис, показывая на свернувшийся комочек.

– Да это же ёжик! – удивлённо шепчет девушка. – Очевидно, не успел от тебя убежать на своих коротких ножках.

Через несколько минут зверёк, прокатившись и случайно нацепив сухие листья, поспешил скрыться.

– Это он, видимо, понял, что ему ничего не угрожает от таких добрых и милых молодых людей, поэтому и решился на побег, – шутливо произнёс подошедший отец.

Домой вернулись к обеду с полными корзинами грибов. Ирина с детьми ждала их в саду.

– Папка, папка пришёл! – кричит Юлька, бросаясь навстречу грибникам.

Отец подхватывает её и кружится вокруг цветущей сирени. Девочка, обхватив ручонками шею отца, заливается счастливым смехом.

– Папа, а Егорушка всё спит и спит. Вот пойдём посмотрим! – щебечет она, таща его за руку к беседке.

– Ну что ты лыбишься? – непонимающе спрашивает Ирина. Повернувшись к жене, пытается как-то начать разговор, но, поймав бессмысленный и недовольный взгляд, понимает: ей без толку что-то объяснять, она всё равно ничего не поймёт.

К пятому курсу Данила Самарин очень изменился не только внешне, но и внутренне.