Москва – Мадрид

– Видно, хорошие люди, понимают нелепость создавшегося положения и переживают, как и мы, – высказал своё предположение Матвей Фёдорович, пытаясь хоть каким-то образом оправдать опоздание гостей. Не явились они и через час, и через два, и через три часа, и только в девять часов вечера раздался звонок в дверь.

– Иди встречай, – обронил отец, обращаясь к сыну.

– Клавдия Петровна Мутасова, а это моя дочь Ирина, – представилась отрывистым голосом женщина средних лет.

– Присаживайтесь на диван, – пригласила Татьяна Борисовна, примостившись напротив.

Поклоном поприветствовав прибывших, Сибирцев уселся в кресло рядом с женой. Денис расположился у окна.

– Дамы, внимательно слушаем вас, – окинув проницательным взглядом женщин, обратился Матвей Фёдорович, поймав себя на мысли, что в молодости мать была, вероятно, красивее своей дочери. Правильные черты лица, тёмные вьющиеся волосы подтверждали это. Но, видимо, из-за отсутствия миловидности и шарма было что-то отталкивающее в облике гостьи.

– Вот дети наши решили пожениться, так это надо как-то всё устроить, – не переводя дыхания, проскандировала женщина.

– А вы знаете, что они ещё несовершеннолетние?

– Почему несовершеннолетние? Моей Ирочке скоро девятнадцать будет. В прошлом году при поступлении ей не хватило одного балла, а в этом году она постаралась, да и повезло, наверное. Я очень рада за неё. А то целый год пришлось работать на заводе. Надо же как-то пробиваться в этой жизни.

– Мама, что ты мелешь своим языком?! – отведя отчаянный взгляд, выпалила дочь.

– А что я, доченька, сказала? Мне кажется, всё правильно сказала! И не кричи на меня… пожалуйста! – обиженно поджав губы, парировала мать.

Сибирцевы многозначительно переглянулись.

– Я категорически против этого брака! – нарушив затянувшееся молчание, решительным и уверенным голосом произнесла Татьяна Борисовна.

– Так, значит!? Пошли, доченька. Здесь, я вижу, мы не найдём понимания. В милицию надо заявление писать, может, там поймут, – подскакивая с дивана, взвизгнула Мутасова.

– Это не вам нужно обращаться в органы, а нам.

– Это почему же?.. – И она тупо уставилась на Матвея Фёдоровича.

– А вы можете дать гарантию, что именно ваша совершеннолетняя дочь не совратила несовершеннолетнего юношу? – подавшись вперёд и подняв высоко голову, высказал своё мнение Сибирцев-старший.

– Ну всё, хватит!.. – И она, схватив дочь за руку, потащила её за собой.