Неоплатный долг

Тетя Марфа все глаза проглядела. Ждет тебя. И Зиночка… – она с опаской глянула на него.

Крупные слезы бежали по темному, обветренному лицу. Он вытирал их лопат истой ладонью, но они катились снова. Василиса глубоко вздохнула. Молча допила чай с пряниками. Поднялась.

– Ладно, Ваня, мне пора. Будь здоров.

– И ты, и ты.

Тем же вечером он помирился с родными. Не выпускал из объятий мать и дочь. Так, обнявшись и пошли к Татьяне. Пока накрывали стол, он играл с детьми и беседовал с Семеном.

– Это самый счастливый день в моей жизни – блестела влажными от слез глазами Татьяна.

«Какая хорошая у меня семья» – думал Иван.

Дениска бегал к Таниным детям. Все лето проводил у бабушки Марфы. Дети ночевали на чердаке и любовались звездами. Иван усыновил Дениску.

– Раз сын так решил, значит так тому и быть. Это внук наш – многозначительно произнес Степан Федорович.

– Да я что – махнула рукой Марфа. – Главное, чтобы Зиночку не обижали

Нина по-прежнему сторонилась семьи Ивана, но общению не препятствовала.

Степан Федорович вышел на пенсию, строгал и пилил в сарае, ходил в поля и по долгу сидел прямо на голой земле. Боли в сердце стальной иглой прокалывали насквозь все чаще. Стиснув зубы, смертельно бледный терпел эти муки.

– Папу в больницу надо везти, в район – беспокоилась Таня.

– Обязательно. Как можно быстрее. У него пред инфарктное состояние. Пусть Иван на элеваторе машину возьмет. На автобусе нельзя везти – советовала Василиса.

Татьяна побежала к дому Ивана. Запыхавшись, на пороге выпалила.

– Ваня, папе плохо. В больницу надо. В район везти на машине надо.

Иван, Нина и Дениска обедали. Он и бровью не повел. Спокойно доедал суп.

– Ваня, Ваня, ты меня слышишь?

– Глухой я что ли?

Нина ухмылялась и наливала добавку.

– Ты ничего не сделаешь?

– Во-первых у меня нет машины, во-вторых я не дам отца угробить. Знаешь, что в этих больницах творится? Вперед ногами оттуда людей привозим. Трофимовича как потеряли?

– Но его туда не до везли. По дороге умер.

– А врачи на что? Бабка Сима неделю там лежала. И что? Угробили.

– Ей уже почти сто лет было. Ваня, опомнись. Папе плохо – плакала Таня.

– Ничего. Приведут в порядок и на этот раз. Василиса выходит. Я ей верю, а не этим коновалам.

– Но Вася тоже сказала, что это срочно. Пред инфарктное состояние.

– Она тоже возится не хочет? – Заорал Иван. – Так, я все сказал. Хватит рыдать.

– Ваня, я очень прошу, я умоляю. Увези его в больницу. Я боюсь за него.