В конечном счете. Сборник рассказов

Если на улице был ад, то внутри контейнера – горнило той самой печки, что предназначалась для самых закоренелых грешников.

Появившийся мужчина, негро, моментально оценил ситуацию и крикнул вглубь контейнера:

– Тойя, принеси рубашки и шорты.

Девица, соблазнительная мулатка-шоколадка, покачивая как верхним, так и нижним бюстом, вынесла груду пестрой одежды.

– Мистер зайти внутрь? – по-английски спросил негр.

– О нет, – по-испански отказался Макеев. – Я внутри сварюсь.

Негр громко расхохотался, показав полный рот отличных белых зубов.

– Сеньор говорит по-испански! Отлично! Начнем с рубашки. Как вам такая?

В воздухе взлетело что-то голубовато-белое.

Макеев сбросил пропотевшую рубашку и облачился в тонкую прохладную ткань.

– Рerfectamente! Беру.

– Muy bien. Теперь шорты. Смотрите, это настоящие американские шорты, – и негр ухватился за макеевскую ширинку.

Шокированный, Макеев не успел рта открыть, как негр стянул его брюки до колен и протянул шорты цвета хаки. Его улыбка была настолько дружелюбной, что Макеев, чертыхаясь, переоделся.

– Сеньор великолепно выглядит! – воскликнула шоколадка.

Макеев подозрительно покосился: издевается? Но в глазах девушки светилось только искреннее восхищение.

– Я все беру, а это, – он протянул негру вещи, – заверните в пакет.

Негр принял рубашку и брюки, с завистью поглядел на туфли и сказал:

– Я могу их купить. Дам хорошую цену.

– Отдай ему за просто так, – неожиданно сказал Исфандияр-ака, стоявший, как обычно, за левым плечом Макеева.

– С ума сошел? Ты знаешь, сколько стоят эти туфли?

– Сейчас они тебе не нужны, а потом ты сможешь купить еще. А он никогда не купит.

– Ну знаешь ли, – пробормотал Макеев, нагибаясь за туфлями.

– Сколько ты за них дашь? – спросил он у негра, выпрямляясь с туфлями в руках.

– Сто долларов!

На лице негра отобразился целый водопад чувств. Тут было и страстное желание получить туфли, и сознание того, что чудес не бывает.

– Даже сто пятьдесят, – добавил он упавшим голосом.

Макеев пренебрежительно хмыкнул, но Исфандияр-ака пихнул его в бок.

– Не жмотись.

– Тебе легко распоряжаться чужими вещами, – сварливо ответил Макеев.

Негр не сводил с него умоляющих, черных, как кофе, глаз, и Макеев внезапно растрогался.

– Ладно, амиго, бери все за сто пятьдесят. И туфли, и рубашку, и брюки. И пиджак нахрен забирай.