Магия рода Изиды

Никто не проронил ни слова, даже Лора, у которой обычно не закрывался рот. Хельга поглядывала на старшую сестру многозначительно, но Эллада умело ее игнорировала. В конце концов, Изида не выдержала.

– Что не так? – звякнула она вилкой об стол. – Что происходит? – Лора и Хельга опустили глаза, Эллада вздохнула.

– Магия мельчает. Но тебе не стоит об этом беспокоиться, ты же ей так и не научилась пользоваться, – грубо ответила ей сестра, и у нее вспыхнули уши.

– Я в этом не виновата, – прорычала Изида.

– Ты и не пыталась! Жалкие страхи и идиотские сны! Это все, на что ты способна! – обрушилась на нее Эллада.

Хельга вскочила со своего места, за окном каркнул ворон. Изида потеряла дар речи, ведь сестра впервые ее защищала. Вокруг Хельги сверкала голубая энергия, а Эллада испускала черную, как у матери (В молодости мама могла отравить одним только взглядом, и старшая дочь унаследовала ее силу.) Магической драки было не избежать, но тут сверху донесся крик матери. Эллада подорвалась и скрылась на лестнице.

Хельга вернулась на место и заботливо накрыла руку Изиды ладонью:

– Не обращай внимания. Магия исчезает, вот и бесится.

Поведение Хельги никак не вязалось с той сестрой, которую помнила девушка. Она была оторвой в семье, совершенно безрассудной и до крайности эгоистичной. Несмотря на это, ей всегда удавалось как-то разбавить их ведьмовской быт.

Эллада возвратилась, глаза у нее были заплаканными. Лора поспешила ее обнять.

– Она… – начала было Хельга.

– Нет, но скоро, – всхлипывала Эллада. – Она зовет ее, – укоризненно взглянула она на Изиду.

Девушка набралась смелости и шагнула вперед, но Хельга вновь ее остановила:

– Прошу тебя, – тихо сказала она. – Не упрямься хотя бы сейчас.

Изида кивнула и отправилась к матери.

Она помнила, что комната матери находится в конце коридора. Приоткрыв дверь, она увидела тощую руку, свисавшую с постели из-под струящейся ткани балдахина. Изида неуверенно шагнула к кровати, мать застонала.

– Девочка моя… подойди ближе… – сипел ее такой изменившийся, но все еще родной голос.

Дочь выполнила ее просьбу, отодвинув балдахин и опустившись на край кровати. Мать выглядела иссохшей, безжизненной, будто из нее выжали все соки. Ее седые волосы разметались по подушке, на лице сильно выделялись скулы. Изида коснулась ее локтя, и цепкая рука тут же ухватила ее за пальцы, сжимая их до боли. Глаза матери блуждали, а потом резко сфокусировались на ней.