Кассиопея и Лугаль

Когда девушка вслед за родителями выходила из квартиры, вытирая на ходу соленые от слез щеки, хозяйка остановила ее, ухватив за локоть:

– Я жду тебя с ними на следующем сеансе, – Кася кивнула.

***

Сеанс был назначен через неделю. Из больницы названивали, обрывая телефон. Отец, увидев улучшение самочувствия больной, отложил операцию, но врачи никак не могли угомониться и грозили необратимыми последствиями. Мама могла передвигаться сама, но старалась не слишком утомляться и не поднимать тяжести. Румянец и улыбка на ее лице намекали на скорое выздоровление.

То, что мама снова могла ходить, не испытывая болей, было чудом. Кася чувствовала себя по-настоящему счастливой впервые за долгие месяцы. Казалось, будто за спиной выросли крылья.

В университете образовались хвосты, и ей стоило бы обложиться книгами, но она не могла усидеть на месте. Вечерние встречи с друзьями позволяли девушке хотя бы немного расслабиться. Они часто выбирались на природу, сидели возле самодельного костра, подбрасывая сухие ветки.

В одну из таких посиделок Кася, крутя бокал с вином в руке и наблюдая за перемещением красной жидкости, поймала себя на мысли, что не может перестать думать о необычной семье и чудодейственных руках ее главы. «Забавно. Руки волшебные у него, а командует парадом она», – улыбнулась своим размышлениям девушка.

– Какая ты тихая, – выдернула ее подруга из личного транса. – У тебя все в порядке? – состроила Анька гримасу. Она была настоящей красавицей с длинными белокурыми волосами, голубыми глазами, ямочками на щеках и фигурой, которую Кася называла «мечтой».

– Теперь да, – лукаво улыбнулась девушка, пригубив вина.

– Сколько мы дружим, Кась? Я же вижу, ты где-то летаешь, – пригвоздила Анька словцом. Она это умела. Дружили они с ясельной группы, но было в девушке что-то отталкивающее, и Кася никогда не могла ей полностью доверять.

– Ну что, козы! – обнял обоих высокий худощавый парень, сдувая с глаз отросшую мелированную челку. – Согрелись? – он кивнул на костер, в который Анька собиралась подбросить веток, чтобы тот не потух.

– Пусти, Шпала! – увернулась подруга от вынужденных объятий.

– Когда-нибудь ты будешь моей, – прыская со смеху потрясал он пальцем ей в назидание. Кася расхохоталась.

Витя отлично подходил Аньке по всем параметрам. Они даже внешне были похожи: светловолосые, голубоглазые, с пухлыми губами и родинками на щеках. Незнакомцы принимали их за родственников. В младших классах Анька была в него безответно влюблена.