Просто жить. Рассказы

Близость к ним таила в себе много опасностей, в том числе и главную – гибель. Но уйти куда-то в другое место у ослабевшей волчицы уже не было сил. Сейчас ею руководили голод и сила материнского инстинкта. В конце апреля появятся волчата, и еды нужно будет ещё больше. Потом снег сойдёт, и с кормом станет легче. Да и укрыться в лесу с потомством будет проще.

Утро разгоралось. День обещал быть тёплым и солнечным. А в логове было холодно и сыро. Самка попыталась заснуть, но от того, что была голодна, она мёрзла.

Сон прерывался и вскоре совсем прошёл. Находиться внутри волчица уже не могла. Выбравшись из логова, она стала бродить по окрестностям в поисках хоть какой-нибудь поживы.

Перебиваясь случайной кормёжкой, волчица ещё дважды приходила по насту к скотному двору. Но того, чего она так желала, не случилось. Удача не спешила к ней. А потом северный ветер резко сменился на западный. Нанесло тучи. Потеплело, повалил сырой снег. Наста по утрам уже не было. Набеги в деревню пришлось прекратить.

Однако её терпения хватило ненадолго. Деревня по-прежнему манила, притягивала к себе, будто сулила удачу.

И в одну из ночей волчица отважилась на новый поход в деревню. У неё было очень мало сил, чтобы перевалить через увал. Но, движимая отчаянием и упрямством, она уже не могла остановиться. Проваливаясь в снег по самую морду, долго выбиралась из него и ползла на брюхе к заветной высоте. Под тяжестью материнского тела будущие волчата недовольно толкались во чреве. Иногда, когда не хватало сил переползти через бурелом, она останавливалась.

Задрав морду к тёмному небу, припав на задние лапы и поджав хвост, она тихонько выла, изливая в пространство боль и бессилие. Но пожаловаться было некому. В небе – ни луны, ни звёзд.

Спуск с вершины оказался более лёгким. Волчица сползла по своей тропе к санной дороге и быстро добралась до хлева. А дальше всё было так же, как и в предыдущие ночи. Удача напрочь изменила ей. И тогда, бесшумно подобравшись к конуре в одном из крайних дворов, она задавила из последних сил небольшую лаечку и уволокла в лес.

Там, превозмогая отвращение к запаху псины, она расправилась с собакой.

* * * * *

Женщины-скотницы, пришедшие утром на работу, увидели на перенове свежие следы. Сначала приняли их за собачьи. Но если бы чья-то собака бегала ночью по деревне, то покоя не было бы никому: ни остальным собакам, ни людям. Что-то во всём этом было не так. Позвали мужиков. Те сразу же распознали волчьи следы.