Опекун для дочери бывшей. 1 часть

Столько лет ждал и мечтал об этой встрече, но не решался нарушить данное обещание. А сейчас просто боялся.

Набравшись храбрости, все же толкнул дверь и оказался в палате. Увидел Любу, и его сердце болезненно сжалось.

– Любушка, – прошептал он еле слышно.

Она повернула голову, и Кирилл замер, узнавая в этой измученной болезнью женщине свою первую и единственную любовь. Вдох застрял где-то в горле, а глаза защипало.

Бедная, исхудавшая, лишь глаза оставались по-прежнему живыми хоть и уставшими.

– Кирилл.

 – Ее сухие, потрескавшиеся губы слабо улыбнулись. – Какой ты стал…

Он взял стул и сел рядом с кроватью.

– Тринадцать лет прошло. – Его голос сорвался, а к горлу подкатил горький ком. – Что же ты натворила.

Кир не мог передать даже толики тех эмоций, что сейчас испытывал. Его раздирало в клочья от противоречий и несправедливости жизни.

– Прости, – прошептала Люба, и одинокая слеза покатилась по ее щеке.

Он едва не взвыл от этого зрелища, но лишь сокрушенно покачал головой.

Метался внутри себя, как зверь в клетке, и никак не мог найти точку опоры. Не осталось ничего, кроме болезненного отчаяния.

– Почему сразу не обратилась ко мне?

– Зачем? Ничего уже сделать уже было нельзя…

– Я бы смог, – прорычал Кирилл, скалясь, как раненый зверь.

– Я знаю. – Люба улыбнулась и приложила ладонь к его щеке.

– Ты же мне обещала…

Кир понял по ее взгляду, что она смирилась, приняла ситуацию как данность. Но он не собирался сдаваться. Если есть деньги – рак давно не приговор.

Надо бороться. Надо искать выход.

– Я помню, и сейчас мне нужна твоя помощь.

– Все что угодно. – Кирилл потерся об ее прохладную ладонь щекой и едва ощутимо коснулся губами тонкой кожи. – Только скажи, я все сделаю.

– В тумбочке папка, достань ее.

Он подчинился. Достал папку, вернулся на место и протянул ей. Но Люба лишь отрицательно качнула головой.

– В ней вся информация для тебя.

Кир мельком просмотрел файлики с данными и фотографиями. На них девочка, очень похожая на Любу.

Буквально одно лицо, но больше всего глаза. Такие же огромные и необычного синего оттенка.

– Кто это?

– Моя дочь Надежда…

– Дочь? – удивился Кирилл и внимательно перечитал информацию. Ей тринадцать лет. Умом он понимал, что у них с Любой не было близости, но все же решил уточнить. – Она моя?

– Непорочное зачатие? – Люба негромко засмеялась и лицо ее ожило. – Конечно нет. От мужа…

Кир шумно выдохнул и откинулся на спинку стула.