Любимый город может спать спокойно. Рассказы

Глупая смерть будет, я вам скажу. – он ещё раз оглядел парней. – Поехали. – сказал он и встал из-за стола. Вместе с ним поднялись ещё двое. – А ты давай заканчивай с завтраком и дуй в аэропорт встречать Ханса.

– Хорошо. Всё будет сделано.

Всю дорогу Рамазан ехал молча. Обычно шутил, рассказывал какие-нибудь байки, но сейчас ехал молча на заднем сиденье автомобиля. Он даже не смотрел в окно, уставившись в одну точку перед собой.

– Что-то случилось? – спросил его Леонид, развернувшись к нему вполоборота.

– Нет.

Впереди показалось белое здание с колоннами, высокими ступеньками, старинной архитектуры. Несмотря на утро, припаркованных машин было уже много.

– Я ближе подъезжать не буду, замаемся потом выруливать. Давай я где-нибудь здесь припаркуюсь. – сказал водитель, останавливаясь возле высокого металлического забора.

– Хорошо. – спокойно ответил Рамазан.

Он вышел из машины. За ним вышел и Леонид. Они вдвоём направились к зданию. В начищенных туфлях, в отглаженных костюмчиках они шли с солдатской выправкой чеканя шаг.

Из дверей к ним вылетел паренёк, чуть не сшиб их, и помчался вниз, как бегут от погони. Рамазан обернулся, провожая парня взглядом, а тот уже перебегал дорогу, пробегая между машин, руками опираясь о капоты, словно этим он мог их остановить, и бежал дальше не сбавляя своей скорости.

– Сшибут. Как пить дать. – проговорил Леонид, видя происходящее.

– Максим! Максим! – выбежала на крыльцо женщина, держа в руках свой плащ и подростковую куртку. Она озиралась по сторонам, ища глазами кого-то. – Максим! – снова звала она, спускаясь со ступенек, направляясь быстрым шагом к воротам.

– За парнем. Быстро! – отдал распоряжение Рамазан, зыркнув на Лёню.

– Что? – переспросил тот.

– За мной потом приедете. Найди его! – сказал он и оттолкнул его от себя.

Лёня помчался к машине, показывая жестами водителю, чтоб тот заводил машину. Оглянувшись назад, Рамазана он на крылечке уже не увидел.

Парень бежал вдоль автомобильной магистрали. Рубашка выбивалась из-под брюк. Прохожие отходили в сторону, пропуская его.

Он добежал до моста, соединявшего две части города: старый с его театрами, музеями, парками и новый с его спальными микрорайонами, глухими дворами и с типичными девятиэтажками, выраставшие, как грибы в лесу после дождя. По мосту проносились машины в ту и другую сторону. Он шёл, тяжело дыша ртом.