Ядовитый воздух свободы

Спасибо за то, что уделили время.

Аксель встал, протянул мужчине руку, которую тот опасливо пожал, и, развернувшись, вышел из вагончика. Магдалена устремилась за ним. Очутившись на улице, Грин остановился и снова осмотрел площадку.

– Мне нужно две минуты, – сказал он Магдалене и направился к своей машине. Открыл ее, сел и достал блокнот. Принялся тезисно записывать мысли и наблюдения, сделанные в ходе беседы.

Из сосредоточения его вырвал звук открывшейся пассажирской двери. Аксель удивленно поднял голову и увидел, что Тейн уселась в кресло, закрыла за собой дверь и сияющими глазами уставилась ему в лицо.

– «А где вы были в этот день тридцать пять лет назад», – передразнила она, коверкая фразу. – Серьезно? В Треверберге учат подозревать всех во всем?

– Дайте мне закончить, а потом задавайте вопросы, – откликнулся Грин и вернулся к блокноту.

Он думал, что можно позвонить Карлину и описать ему собственные ощущения от беседы. Карлин мог бы что-то из этого вытащить. Или нет, скорее направил бы Грина к психоаналитику.

– В чем именно ваш вопрос? – вежливо спросил он, убирая блокнот и карандаш в сумку.

– Вы прицепились к его фразе.

– Вы не думаете, что он сформулировал эту фразу странно?

– Вы всегда отвечаете на вопрос вопросом? – Тейн нахмурилась. При этом ее носик смешно сморщился.

– Вы задаете странные вопросы.

– Не знаю. Она показалась вам подозрительной, это очевидно. Но почему?

– Он постарался доказать нам, что не имеет отношения к этому делу, – решил объяснить Аксель. – Внезапное «меня тут в тот день не было», акцент на «тридцать пять лет назад» – это странно. Помимо того, он отчетливо вспомнил период «тридцать пять лет назад», но забыл год – шестьдесят седьмой. Когда человек просто рассказывает и размышляет, он не добавляет лишней конкретики.

– А может не свидетельствовать.

– Знаете, как раскрываются преступления?

– Приходит гениальный Грин и все само собой складывается? – улыбнулась Магдалена.

Аксель выпрямился и прислонился спиной к дверце водителя. Уделив пару секунд мыслям о том, как стоит ответить, он решил не реагировать на колкости да тех пор, пока не поймет, что за ними скрывается.