Зона тени

И не любовь, которую ты воспеваешь и превозносишь до самых небес. Всё, что тебе надо в этой жизни, вмещается в одном-единственном коротком слове – иллюзия. Иллюзия, которая ведёт тебя по замкнутому кругу, не отпуская и не подпуская. Иллюзия, как клочок ароматного сена, привязанного перед давно ослепшей лошадью, изо дня в день вращающей ворот подъёмника примитивной шахтёрской клети.

В вестибюле горотдела Арсений подошёл к окошку дежурного и сказал:

– У меня пропали жена и дочь.

В застеклённой, отгороженной части вестибюля находились два офицера: один сидел за пультом, а второй – майор – перебирал бумаги у окна приёма посетителей.

– Как пропали? Поподробнее, пожалуйста, – уточнил майор.

– Я две недели был в отъезде, а когда вернулся, дома их не было.

– Ну и что?

– Газеты за две недели лежали в почтовом ящике: их никто не вынимал.

– Ну и что? – повторил дежурный.

– Нет их документов, нет денег, и соседи их не видели.

– Ну и что? – дежурный заладил, как попугай.

– Их нет. Я дома уже два дня, а их нет. Их надо искать.

Арсений понемногу терял терпение.

– В квартире сохранились следы преступления? – спросил дежурный.

– Какие следы? – не понял Арсений.

– Кровь, беспорядок, поломанные вещи, следы борьбы, пропажа ценностей.

– Нет, – опешил Арсений. – Всё в порядке.

Дежурный наклонился к окошечку и застыл на мгновенье, а потом спросил:

– Давно в запое?

Видимо, уловил запах перегара, как Арсений ни старался чистить зубы.

– Я только вчера вечером немного выпил, – сказал он.

– Если бы немного, то и слышно не было бы, – разумно возразил дежурный и добавил: – Идите домой и не морочьте тут голову: у нас есть и более важные дела, чем ваши семейные проблемы решать.

И заметив, что Арсений не торопится отойти от окошка, сказал с решительной интонацией:

– Сейчас доставим, куда следует, и неприятности я вам гарантирую, – и, обращаясь к сослуживцу у пульта, сказал: – Обнаглели до предела: в милицию пьяными приходят.

– Кто это там такой неугомонный? – сослуживец дежурного выглянул из-за пульта и добавил хриплым голосом, подражая Высоцкому-Жеглову: – Ты ещё не угомонился?

– Не надо мне тыкать, – ответил Арсений, не скрывая злые интонации в голосе. – Я не за милостыней пришёл. Вам государство деньги платит. Из моего кармана, между прочим.

– Ух ты какой! – проговорил тот, который сидел за пультом, нажимая какие-то кнопки на клавиатуре.