Зона тени

 – И две банки краски. Дал бы больше, но нету.

– Кроме шуток: как только мы уехали, так они и не появлялись.

– С чего ты взял?

– Газеты никто из ящика не вынимал.

Микола ничего не ответил. Они поднялись в квартиру и сели в кухне за стол, на котором ровной стопкой были сложены газеты. Наверное, вид этой стопки произвёл на Миколу сильное впечатление. Он потёр виски кончиками пальцев и, внимательно просмотрев даты на газетах, сказал:

– Ты прав: со второго дня нашего отъезда их никто не забирал.

– Я не знаю, что и подумать, – сказал Арсений.

– Ни записки, ничего?

– Ничего.

– У соседей спрашивал? Может, им сказала?

– Нет, не спрашивал.

– Ну так сходи и спроси.

Арсений вышел на площадку и позвонил в соседнюю квартиру. Через минуту дверь квартиры приоткрылась на цепочке, и соседка – пожилая полная женщина-пенсионерка – вопросительно посмотрела на Арсения. Тот поздоровался и спросил:

– Вы моих не видели? А то я приехал, а их нету.

Женщина ничего не ответила, только отрицательно покачала головой.

– А они ничего не просили передать? Может, записку? – с надеждой спросил Арсений.

Но женщина снова покачала головой, словно не понимала, чего от неё хотят.

– Ладно, извините, – сказал Арсений.

Соседка захлопнула дверь и щёлкнула замком.

Арсений позвонил в другую квартиру, где жил бывший футболист. Тот открыл и, дохнув на Арсения перегаром, спросил:

– Давно приехал? Ну, как там?

– Да вчера приехал, а моих – дома нет. Не знаешь, где они? Ничего не просили передать?

– Не-а, – ответил сосед, и спросил: – «Сотку» потянешь?

– Да нет, спасибо.

Футболист потерял всякий интерес к общению и тоже закрыл дверь.

В третьей квартире никого не было: там проживали муж и жена – «челноки». И застать их дома было практически невозможно.

Арсений вернулся к Миколе.

– Ну? – вопросительно кивнул тот.

– Никто – ничего, – ответил Арсений, присаживаясь за стол. – Что делать – не знаю.

– Бабы, блин, как курицы: ни о чём не думают, – сказал Микола.

Ехать Ане было некуда. Отец Арсения уже три года, как умер, и дом в деревне давно продали. А своих родных она не знала: выросла в интернате.

– Некуда ей ехать, кроме как к Марии, – сказал Арсений.

– А где эта Мария живёт? – спросил Микола.

– Если бы я знал, – ответил Арсений.

Микола выбил дробь пальцами по столу.

– Лучше бы моя куда девалась, хоть на пару дней, – пошутил он, но шутка не удалась.