Люска

Новый хозяин легко вскинул своё нелёгкое тело в седло, на спину Люськи, и они выехали со двора в сопровождении всадника на гнедой кобыле и мышастого пони, семенящего мелкой рысью обочь дороги.

Поехали не спеша, шагом. Торопиться было некуда. Давешнее нетерпение прошло. Казак, а именно казаком был её новый хозяин, торопился раньше потому, что боялся, что заключённая сделка по обмену лошадей по какой-то причине может сорваться.

Он с трудом верил в своё везение. Обменять старого мерина, глубоко пенсионного возраста, на молодую породистую кобылку, не каждый день удаётся.

Фермер тоже торопился неспроста. Он тоже боялся, что сделка может сорваться. Не показывая виду, он втайне радовался. Наконец-то сбывается его мечта.

Вместо строптивой никчёмной кобылы, у него теперь есть огромный, спокойный мерин, на котором можно и на бедарке, и пахать, и за дровами.

В общем, рады были оба. Мнения лошадей не спрашивали.

2 кадр

Новые знакомые

Длительная жизнь, лишенная движения, когда степень свободы определяет длина привязи, сказалась на первом же километре.

Доставала пони. Буквально доставала. Копытами. Стервозная оказалась кобылка. Она с безразличным видом трусила мелкой рысью рядом с Люськой, пока та не потеряла бдительность.

Вдруг, слегка забежав вперёд, несуразное создание повернулось к Люське задом и изо всей силы, прямо аж со стоном, врезало Люське обоими копытами под брюхо.

Всадник только успел приподнять ногу, чудом избежав удара.

Через время фокус повторился. На этот раз чёрная с проседью бестия подкралась сзади, воспользовалась тем, что ехали среди высоких стеблей кукурузы, шуршащих и отвлекающих.

Люська даже вскрикнула от боли. Но всадник не давал воли, хотя и понимал, наверное, что поведение пони не совсем правильное. Совсем неправильное поведение.

А та опять трусила немного в стороне, не глядя на Люську, высоко поднимая ноги в глубоком снегу, всем своим видом говоря, что ей нет никакого дела ни до кого, тем более до какой-то рыжей кобылы, отнесшейся к ней с неуважением.

Больше она не задиралась до самого дома. Дом был далеко. Люське и так было тяжело, а тут приходилось ещё следить краем глаза за мстительной лошадкой.

В былое время Люська преодолела бы такое расстояние легко и быстро. Сейчас она еле тащила ноги.