Когда не любят. Сборник рассказов

Отстраненный и неулыбчивый.

– Лешенька, где ты был? Пожалуйста, мы можем поговорить? – бросилась с вопросами Вера.

– Я не должен отчитываться, где я был, что делал, – снимая кроссовки с пятки, отбарабанил мужчина. – Что и кому пишу, кстати, тоже.

– Прости меня! Конечно, ты можешь делать все, что захочешь. – Вера юлила рядом, пытаясь поймать его блуждающий взгляд.

– Знаешь, я был удивлен этим. Просто не ожидал. Мы разные, Вер. В общем-то, мне это было известно заранее. Прости, что обидел и задел. На этом данный разговор полностью исчерпан.

Он легонько отодвинул Веру в сторону и прошел вглубь комнаты.

Вера попыталась обнять его. Он отстранился.

– Пожалуйста, прости меня. Я глупо приревновала. Скажи, как я могу это исправить?

– Легко. Просто прекратить дискуссию, – рявкнул, не оборачиваясь, Алексей.

Он достал чемодан, открыл и усердно взялся что-то там искать, вороша и отбрасывая вещи, не замечая стоявшую рядом Веру. Изрядно покопавшись несколько минут, мужчина нашел зубную щетку и отправился в душ.

Вера металась по комнате, как в смертельной агонии. Это все не с ней. Так не должно было случиться. «Все пошло не так. За одну фразу, за один проступок? Как исправить?».

Через четверть часа шум воды в ванне прекратился. Вера караулила под дверью. Алекс равнодушно прошагал мимо женщины и лег в кровать.

– Поговори со мной? – Вера встала у изголовья.

– Ты меня не слышишь? Давай проведем оставшееся время, общаясь по-светски, – злобно буркнул мужчина.

– Я не хочу по-светски.

– Все. Я спать. – Он отвернулся и закрыл глаза. Вера легла рядом, прижалась телом.

«Спи нормально», – выпалил Алексей, отодвигаясь на край постели.

И до утра не произнес ни слова.

Вера прикрыла веки ладонями, этот жест всегда ее немного успокаивал: «Это обрыв. Я лечу вниз».

Вера не спала, заворожено смотрела на затылок уже невозможного своего счастья. Занесла руку над его плечом, но не решалась дотронуться.

Алексей не обнимал. Не ластился, не искал в темноте, как все предыдущие ночи.

Вера ворочалась с боку на бок, заставляла себя чуток вздремнуть, но в голове назойливым эхом отдавалась: «Пусть у него все будет хорошо. Боженька, пусть у него все будет хорошо». И никакого сна.

Утром есть надежда что-то исправить.