Друзьям. Невыдуманные рассказки

Я видел много обрывков жизни, и все эти обрывки были без начала, без конца, без смысла!»

    Ситка Чарли, рассказ «Тропою ложных солнц» Джека Лондона

Все рассказки из цикла «Наш Гурзуф» полностью соответствуют определению Ситки Чарли – это просто «обрывки жизни».

Я очень рад, что смог порадовать «гурзуфцев» воспоминаниями. Лучшей наградой для автора стал ниже приведённый отзыв.

«Спасибо!!! – как фильм про Гурзуф смотрю…! Прочитал уже больше половины… ностальгирую!

Да и Гурзуф – Панганская и Гоанские тусовки очень напоминают,… юношеские импринты однако…!

После Гурзуфа много воды утекло… вспоминается очень насыщенная жизнь там… для меня это был глоток свободы и взросление рядом с безбашенными, безграничными, свободными людьми… Алкоголь являлся катализатором – чтоб быть самим собой, чтоб сохранить себя настоящим в период времени лжи…! Как то так это все вспоминаю…»

    Игорь Юдин, врач – психотерапевт

    Москва – Паттайя, Таиланд.

Из цикла «Гурзуф»

Друзья разных лет.

Гурзуфские нравы

Краткий путеводитель по Гурзуфу с персонажами.

70—80-е годы прошлого века.

Аллеи и «бобровый» заповедник

В середине 70-х прошлого века москвич Витька с занятным прозвищем «Безмазовый», стоя в «Сосках», произнёс основополагающую тираду «Я, что, сюда приехал, в этой луже купаться? Была б моя воля, забетонировал бы море до самого горизонта и пивных ларьков понаставил!» Этим утверждением он продекларировал основную идею отдыха большинства «гурзуфцев», приезжавших в Крымский посёлок со всего Союза.

Нельзя сказать, что многочисленная московская «команда» выезжала в Гурзуф исключительно выпивать и наслаждаться «романтическими» отношениями, но даже эти две составляющие отпуска приятнее всего осуществлялись на фоне морского пейзажа и чудесной крымской природы.

Я не утверждаю, что и основная масса отдыхающей молодежи, приезжающая из «долов и весей» необъятной Родины, преследовала те же цели. Но, во всяком случае, друзья и подружки из Питера, Минска, Киева, Харькова, Донбасса, Вильнюса и других городов единодушно поддерживали и одобряли установившийся режим времяпрепровождения.

Как правило, утро начиналось в «городском парке» (из формулировки милицейского протокола), среди отдыхающих известного как три «пивные аллеи». Они простирались от открывавшегося в восемь утра павильона – автомата «Пиво», в народе – «Соски», и практически до забора международного молодёжного лагеря «Спутник».