На грани развода

Жена сильно изменилась: новая прическа, стиль одежды, даже духи были другие, но глаза по-прежнему не умели врать. Все обстояло так, как он и предполагал – адюльтер… только к чему было скрывать? Все это время он жил иллюзией, свято верил в то, что все можно еще вернуть, а она…

Горькая обида, словно снежная лавина захлестнула внезапно, погребла под толстым слоем все хорошее, что он так трепетно хранил в своем сердце.

– Не стоит устраивать спектакль, – ровно и жестко, как никогда прежде. – Я не слепой и все отлично видел в окно.

Ася дернулась, как от пощечины и резко поднялась на ноги. Ни разу в жизни муж не позволял себе разговаривать с ней в таком тоне и от этого стало не по себе.

– Что ты видел?

– Надеюсь, оно того стоило, – Артем направился к двери, не желая продолжать весь этот цирк.

– Артем, постой. Все не так, как ты думаешь…

Он развернулся и впился в нее взглядом, от которого внутри все похолодело.

– Действительно? – презрительная ухмылка исказила его лицо. – Тебе наверно соринка в глаз попала и он помогал вытаскивать.

– Нет. Гордеев, да стой же ты! – Ася схватила его за руку, пытаясь остановить и неосознанно начала оправдываться. – Да он поцеловал меня, но это случайность, я не хотела…

– Когда-то за «не хотела» мне ты залепила пощечину… – Артем не сдержался и с силой ударил ладонью в стену. Боль ненадолго ослепила, затмив все остальные эмоции, но не принесла долгожданного облегчения. Злость наращивала обороты, а отчаяние рвало душу в клочья.

– Тём, выслушай меня… – тихо попросила Ася, чувствуя свою вину. Не хотела так…

– Хватит! Наслушался уже! – он был непреклонен. – Сколько можно делать из меня идиота?

– Этот поцелуй ничего не значит…

– Ответь мне на один только вопрос, – Артем сделал несколько шагов к ней и остановился в полуметре.

Ася замерла в ожидании, все еще надеясь на снисхождение.

– Когда последний раз ты позволяла мне, твоему законному мужу, дотронуться до тебя? – вопрос застал врасплох, болью отдавшись в подреберье.

Ася набрала в легкие воздуха, чтобы ответить, но не смогла… Просто не вспомнила и растерялась.

– Я как идиот ждал, на что-то надеялся, а ты… – он был жесток. Безжалостно заколачивал гвозди в крышку ее гроба. Ему было больно. Слишком больно осознавать, что самый дорогой на свете человек бессовестно предал его.

– Тём, я… – слезы задрожали на ее ресницах, но не произвели на него никакого эффекта.