Красавица и чудовище

Она безумно устала от такой жизни, устала быть игрушкой в чужих руках, предметом для справления нужды. В последнее время мысли о суициде все чаще посещали ее и казались весьма заманчивыми. Единственное, что останавливало ее от этого опрометчивого шага, – Женя. Лиза прекрасно понимала, что без нее он пропадет, ради него она должна быть сильной, должна вырастить его, несмотря ни на что, и поставить на ноги. Больше всего на свете хотела, чтобы его не коснулась вся эта грязь и жестокость, чтобы он не обозлился, не очерствел, а вырос достойным мужчиной, таким, как его отец.

Только ради сына она каждый раз стискивала зубы и поднималась. Не могла появиться перед ним в таком состоянии – он должен верить в то, что у них все хорошо. Лиза считала, что так будет лучше для всех, особенно для него.

Вытерев слезы, Краснова села и мучительно поморщилась – свежие микротрещины на слизистой дали о себе знать. Набрав в легкие побольше воздуха, она задержала дыхание и резко встала. Немного привыкнув к ноющей боли, заставила себя пойти в ванную – отмыться и обработать ранки.

Ведь завтра она должна была выглядеть отдохнувшей и счастливой, чтобы никто не догадался, что происходило за дверями их квартиры. Впрочем, как и всегда.

Глава 8

Автобус ХК «Дзержинск» плавно двигался по скоростному шоссе. Одержав сокрушительную победу над соперником, команда возвращалась с очередного выезда. Вымотанные игроки наконец перестали галдеть, отмечая выигрыш, и в салоне установилась относительная тишина.

Монотонный гул колес действовал успокаивающе, отчего почти всех хоккеистов вскоре сморил сон.

Красновой не спалось. Облокотившись лбом на прохладное стекло, она равнодушно разглядывала пейзажи за окном. С начала ее кочевой жизни прошло две недели, и это был уже третий ее выезд с командой. Как бы она ни упорствовала, ни возмущалась, сейчас должна была признать, что такой ход руководства пошел ей только на пользу. Она получила необходимую передышку от того ада, в котором жила последние десять лет.

Ей представилась уникальная возможность отдохнуть, выспаться, не вздрагивая от каждого шороха, да и просто набраться сил, привести нервы в порядок.

В глубине души Лиза была благодарна Гилберту, но ни за что бы не призналась ему в этом. Он вообще оставался для нее загадкой – холодный и суровый, как каменная глыба, но чувствовалось в нем что-то таинственное и притягательное. Что-то, что вновь и вновь заставляло ее думать о нем.