История для Элизы

Даже после смерти родные и близкие всегда остаются рядом, в твоём сердце, – Вадим пытался найти какие-нибудь ободряющие фразы и вспоминал все теории, стараясь не задевать серьёзных тем вроде религии.

– Всё равно… Даже в памяти ты будешь жить только пару поколений. Даже если сделаешь что-то очень значимое, память о тебе не будет вечна. Потому что все люди однажды умрут!

– Так ты беспокоишься вообще о человечестве?

Наташа утерла слёзы и нос рукавом пижамы.

– Я знаю, что так было бы неправильно и невозможно, но я хочу, чтобы люди вообще не умирали.

– Душа бессмертна. Ты будешь жить вечно, Натусик, – он так тепло улыбнулся, что все тревоги разом покинули Наташу. Она поверила брату и улыбнулась в ответ. – Так-то лучше! – он шутливо щёлкнул её по носу.

Конечно, Вадим любил свою младшую сестрёнку, но никогда раньше они не сидели так и не разговаривали как взрослые по душам на столь серьёзные темы. Этот разговор ещё шире приоткрыл дверь доверия между братом и сестрой. Если бы Вадиму не захотелось пить посреди бессонной ночи, он наверняка и не услышал бы плача, и не было бы этого разговора и, может, прошло бы ещё много лет, прежде чем появилась бы достойная тема, способная сблизить их и связать покровом тайны, которая останется только между ними.

А ведь некоторые братья и сестры иногда до конца жизни остаются чужими друг другу. Но это произошло именно сегодня ночью, благодаря бессоннице, вызванной мыслями о новой девушке Вадима, которая через несколько лет станет его женой и родит ему двух дочерей. Но об этом он пока не знает, и все его тревоги сейчас только о том, как бы ни упустить своё счастье и сделать в этой жизни всё правильно. И тем более он пока не знает, что зародившаяся братская любовь однажды ещё спасет Наташу от полного отчаяния и разочарования в жизни.

– Один мальчик в школе прозвал меня Солдатиком, – продолжила откровенничать Наташа.

– По-моему, звучит мило. Тебе не нравится?

– Нравится, – Наташе не удалось сдержать улыбку, и она вышла загадочной.

Вадим жил немного своей обособленной жизнью, но, когда требовалась помощь, он всегда был рядом.

Наташина мама тоже никогда не стремилась вторгаться в личное пространство дочери, позволяя ей самой допускать ошибки и решать проблемы. И на родительских собраниях она обычно держалась подальше от активного участия в жизни класса. Она никогда не вызывалась помогать в сопровождении детей на экскурсии, музеи и развлечения. И ей это прекрасно удавалось вот уже два года.