Мы – красные кавалеристы. Роман

– Вот! Система «Зингер»! Самая новая, – офицер бережно провел ладонью по крутой черной лаковой шейке машинки. – Подойдите ближе.

Елизавета приблизилась к столу, не сводя глаз с машинки.

– Будете заниматься шитьем фурнитуры для добровольческого отряда. Приказ генерал-лейтенанта Семенова. Силком мы мобилизацией не занимаемся, тем не менее, на вашей территории в скором времени будет вновь произведена запись добровольцев. Мануфактурой вас обеспечат. Привезут образец нашивки Так вот… Надеюсь, согласны? – офицер пристально посмотрел на хозяйку.

– Ну и чудненько, – подхорунжий провел пальцем по тонким усикам и надел фуражку. – Да, вся работа будет оплачена, – добавил он и вышел в сени.

– Эка вам подфартило! – хитро подмигнул хозяевам казачок и поспешил за командиром.

Долго не могли прийти в себя ни Елизавета, ни Ефрем, сначала серьезно напуганные, а после удивленные причине неожиданного визита белых в их дом.

– Сынок, надо бы сначала посоветоваться с кем-то?

– С кем?

– Может, с Прохором Иванычем? Он-то человек знающий, опытный…

– Я не знаю, мам.

– Нет, надо к нему сбегать. Позови, пускай придет.

Прохор Иванович вскоре пришел и рассудил так, что надо заниматься шитьем.

– А как иначе поступить? Отказаться – себе дороже. Не шуточки ведь. Это с виду беляк такой ласковый вам показался, – рассуждал неторопливо Прохор Иванович, – а ну, как воспротивишься, так и он по-другому себя поведет.

* * *

– Ты нас шибко-то не пугайся, девонька, – всадник постарше в казачьей форме придерживал разгоряченного коня.

– Не знали, что повстречаем такую бравую деваху, а то бы побрились! – ощерив в улыбке белозубый рот, склонился с седла всадник помладше.

Подшучивая, всадники, оттесняли Настю с дороги в густые посевы ржи.

– Да ты никак брезглива к семеновским хлопцам?

– Может, она только красных предпочитает?

– Батянька, случаем, не комиссар?

– Семеновские хлопцы бьют красных, а не пристают к девушкам.

– Как это не бьем красных? А кто это третьего дня ихний отряд в пух и прах растрепал?

– Где же это?

– Где, где! На станции. Ты что, девка, не слыхала ишо разве?

– Ишо не слыхала.

– Замужем иль невестишься? – уже миролюбиво спросил молодой казак.