Что такое любовь?

Седая голова, припав к коленам девы,

Их находила мягче, чем подушки,

Он целовал божественное тело,

И лепетал слова любви на ушко.

Не служат Соломону жены Иудеи,

Воспитаны они в условиях иных,

Условностей всех преступить не смеют,

Не могут стать орудьем Сатаны.

Язычницы разнузданны, коварны,

Знакомый им Астарты ритуал,

Царь строил храмы в благодарность,

В объятиях преступных умирал.

Он царь Израиля и грешными устами

Он тело женское лелеял и ласкал,

Язык владыки притчами прославлен,

Но в грешные места его он погружал.

Странно всё же, левиты, из которых избираются первосвященники, как в рот воды набрав, молчали…

А где были в это время левиты?

А где левиты, почему молчали?

Иль Соломон нашел на них управу,

Что действия царя не замечали?

Хоть противоречили они закону, праву.

Беда, коль молятся не Богу, а тельцу,

От Бога отворачивают лики,

И ясно, Израиль приблизился к концу,

И станут беды – страшны, многолики.

Вот, если бы Соломон и дальше продолжал так служить Богу! Но, могущество и процветание породили гордость, и привела та гордость к отступничеству Соломона от Бога.

Превыше благ земных —

Есть мудрость, данная от Бога,

Так мало к ней дорог прямых,

Зато кривых невероятно много!

А в них – деянья Сатаны,

Чтоб Бога мы оставили

В Коляску-ложь запряжены —

Бесчестье, зависть и тщеславие.

И эти три коня, из века в век,

Коляску катят ту по бездорожью,

Становится понять, – человек

Пытается идти к безбожию

Предупреждал Господь царя: «Не умножай себе жен, дабы не развратилось сердце твое, не умножай золота и серебра безмерно!»

Когда освящался построенный храм Божий, с неба сошел огонь на жертвенник, что свидетельствовало о том, что молитва Соломона была услышана Богом.

Ведь видел Соломон, как дух святой

С небес огнем сошел и жертв коснулся.

Создал Астарты Идол золотой,

Молился ей, от веры отвернулся.

Что, память потерял? Иль телеса

От похоти тряслись, сгорал от страсти?

Свой взор, не устремляя к небесам,

Служил любви, ее огромной власти.

Бог разум дал ему великий,

Но, видно, к старости его он растерял!..