Тишина с запахом кофе… Но, я помню, ты любишь виски…

Судьба всё так же вяжет и прядёт,

Укутывая шарфами надежды,

Но мы мечтаем снять с себя одежды,

Как будто оперение не в счёт.

А может просто стала я собой?

Но так или иначе – несмышлёной,

Забытой богом, им же – не прощённой

За свой полёт, небесно-голубой.

Судьба подарит свитер шерстяной.

Под ним, в груди, от глаз чужих, я спрячу

Свою печаль, но так или иначе —

Останусь птицей чьей-нибудь ручной.

Шизофрения

Шизофрения – подарок для самых избранных —

Тех, кто не верит в запреты и лечит ядами —

В общем, для нас… Но зачем-то совсем не рядом мы,

Призраки собственных снов.

Мы непременно сыграем – в лото и в шахматы,

И, как одежду, примерим друг друга, грешники,

Только изучим размер и посмотрим ценники.

Выберем нужное, яд размешаем с сахаром.

Несовпадения будут фатальным выстрелом.

Глядя в глаза, мы друг другу оставим главное —

То – ничего – но застрявшими в горле – правдами,

После – останемся сводкой сухой статистики.

Шизофрения – находка для тех, кто думает

Много и часто, абстрактно и слишком внутренне.

Не размотать наших мыслей клубок запутанный,

Мы одержимы – друг другом. А время, лунами,

Солнцами, катится к западу, но – затмением,

Топит в себе наши чувства, слова, события,

Что там на сердце – однажды покажет вскрытие.

Только сейчас, без инструкции по применению,

В дозах таких мы друг друга хотим, что кажется,

Боль от побочных эффектов приблизит к этому,

Вывернув нас наизнанку, зачем – неведомо,

Несовместимая с жизнью, со смертью – разве что.

Мой Ангел

Ангел мой нежный, спускайся ко мне во сне.

Знаешь, ночами врывается грусть без стука.

Эх, одиночество… страшная всё же штука,

И, почему-то, всегда достается мне.

У печали твои глаза, потому я её люблю.

Этот взгляд не заменит никто и ничто на свете.

Снова ветер, обычно срывающий двери с петель,

Как щенок – только жалобно плачет, и я не сплю.

Не размышляй только долго о том, что я

Так и не стала сильнее своих привычек,

Слишком уж слабая – девочка без косичек,

Жаль, не богиня, была бы тогда твоя.

А печаль в ноябре – везде, как стихия, а может, смысл.

И пропитаны ею дворы, города и страны,

Даже воздух наполнен печалью – корично-пряной,

И как будто бы горе и радость в одно слились.