Любовь учебе не помеха

– Анита, а Анита, не обижайся, я же только добра для тебя хочу.

Через пять минут ее причитаний я все-таки вышла и сказало устало:

– Хорошо, мир.

– Но замуж тебе все-так надо. Свободу фамильярам! Свободу фамильярам! – начала скандировать она.

– Ах ты зараза!

– Все-все молчу. – И она спряталась за шторой.

– Я все равно тебя вижу… И слышу, как ты там сопишь.

– Я же сказала, что молчу!

– Все, я спать хочу. Спокойно ночи.

– Пусть тебе приснится его высочество Дейв Сандерс, – пожелала вредная сова.

ГЛАВА 4

Ресторан для празднования дня рождения академии сняли очень даже неплохой, по местным меркам даже дорогой. Приехав вечером в экипаже к месту торжества, под светом ярких магических фонарей, процокала на высоких каблучках ко входу. Платье из шелка, украшенное топазами и бриллиантами ослепительно сияло под ярким освещением холла. В самом центре привлекали внимание фонтаны из белого и черного шоколада, возле которых стояли тарелки с клубникой, ананасами и бананами.

Их брали шпажками и окунали в льющееся водопадом кулинарное произведение искусства.

– Добрый вечер, Анита, – этот голос пробирал до мурашек.

– Добрый, лорд Сандерс, – проворковала я, даже не зная как у меня, так получилось это сделать кокетливо. Вот никогда такого за собой не замечала, в отличие, например, от моей подруги Камиллы Бриард.

– Разрешите вас проводить к столу, – и мне предложили локоть.

И вдруг до меня дошло, что мы заходим в помещения обеденного зала ресторации вместе с ректором! «Ого, это ведь повод для сплетен!» – заволновалась я.

И самое удивительное случилось потом – ректор усадил меня по правую руку от себя. А сам он сел, как и полагается руководителю академии, во главе стола. Я немного замялась, засмущалась и не знала, куда смотреть, наталкивалась на любопытные взгляды и сразу же впившиеся в меня глаза сотрудников академии.

Первый тост был, естественно, поднят ректором во славу и процветание академии, речь лилась плавно – сразу же видно человека, привыкшего читать длинные лекции.

А когда народ выпил несколько бокалов горячительных напитков, атмосфера в зале сразу же стала не такой официальной – все расслабились и громко заговорили. Нам подавали изысканные блюда, даже на мой утонченный вкус. Но помимо того, что трапезничали, все переговаривались с соседями по столу, обсуждали вопросы касаемые работы и говорили о жизни. Я же молчала и пока не знала с кем и о чем разговаривать из присутствующих.