Струны – нервы. Сборник стихотворений

Мне приторно-горьки все звуки мира:

Пищание монстров, что умами завладели,

А голоса кругом, что ересь мелют,

Уже души не заглушит сатира!

Я в тьме ночной ищу тот лучик света,

Который мне надежду на свершения

Позволит вновь искать в несовершенном

Мире, не том, а жив покуда – в этом.

Мне привкус крови режет губ укусов раны,

Костяшки сжатых кулаков в обморожении

И я, в бессмысленном на близких раздражении,

Осознаю, что не успею… Слишком рано!

Я в летний зной хочу вдыхать зимнюю вьюгу,

Мне ненавистен пот, что делает слепыми

Подслеповатые глаза, а воду ныне

Дают нечасто и за страшные заслуги.

Мне не испить воды той – красной, вязкой,

Ведь рот зашит мой нитками из стали,

Как не уехать в дальние мне дали

Из-за того, что груз к ногам привязан…

Я в зимний холод так тепла желаю,

Что с жаром пробуждаясь вновь в сугробе,

Словно в монашеской для покаяния робе,

Которая всю грязь души скрывает.

Мне сей наряд, ну хоть убей, не по-размеру.

Он мне велик, по швам от этого трещит он,

Ведь на меняющих масштаб рассчитан,

Для тех, не верит кто в свою же веру.

И я покой ищу в раскатах грома,

Как в тишине мне нерва словно не хватает,

А время шепчет, мол: «Судьба такая,

Коль вы в гостях теперь, когда вы дома…»

Перепады и поддержка

А я так ликовал, сиял от счастья радостью

И жизнь казалась мне теперь прекрасным сном,

Лишённым бед, забот, любой лишённым гадости.

В прыжке застыв парил я, в негу, затяжном.

Друзья мне стали лучшими все поголовно дальние,

Из ненавистного в «навистный» превратился труд,

Я чувствовал себя уютней, чем под пальмами

На острове тропическом и не считал минут.

Но как-то незаметно, для себя негаданно

Озлобленность внутри волшебный мой настрой

Заставила шарахнуться, как будто чёрт от ладана,

Сломав в момент гуманистический устрой.

Я загрустил, задумался о быта неприглядности

И начал злиться на врагов с тупицами вокруг,

Я стал понур, озлоблен, в заурядности безрадостен

И осознал, что нет друзей, как нету и подруг.

А средств на житие, семье моей, безбедное,

С темпом инфляции, всё меньше с каждым днём

И, погрузившись с головой в самокопания бездну я,

Хотел жечь всех кругом и всё вокруг огнём.

И позже, отходя от мук похмелья лютого,

Поддержку и прощение я в милых стал искать,

Но поборов недуг чрез время абсолютно я

Забыл о помощи опять, в плечах почуяв стать.