Гепард

Бандиты мирно лежали, ткнувшись лицом в снег, и не шевелились. Когда в затылок бьют тяжелым прикладом, незачем шевелиться. Профессионал не оставляет врагу никакого шанса для сопротивления.

4

– Что, герои, покатались? Добро пожаловать домой, – приветствовал своих лучших бойцов полковник Грибнин.

Высокий, крепкого телосложения, он в свои 45 лет по физической форме мог потягаться с двадцатилетними спортсменами. Профессиональный воин. Опытный психолог. Он сейчас понимал, что творится в душах молодых бойцов. Вроде бы и задание выполнили, да только кто противник? Свои же, русские.

– Что носы повесили? Наверное, хотелось американских коммандос в плен взять, а не наших уголовников, да?

– Хотелось бы, – за всех ответил Кропоткин.

– Ну, конечно. Никто в этом не сомневается, – усмехнулся полковник. – Только скажи мне, Гепард, кто опаснее для жителей Зимнегорска был в эту ночь – американцы, которые спали в своей гребаной Америке, или наши родные уголовники, которым позарез нужны заложники? Что молчишь? Отвечай!

– Уголовники, – угрюмо буркнул Игорь.

– Правильно, солдат. Сегодня вы защитили наших граждан, их жизни и жизни их детей от выродков, отбросов нашего общества. Вы спасли жизни невинных людей. Я подготовлю рапорт о вашей операции.

– Лучше бы в баню отправили да поесть дали, – проговорил один из бойцов, получивший за свой неуемный аппетит кличку Желудок. – Несколько часов в снегу лежали, да и обед уже скоро, а мы только ужинали…

– Ладно, – рассмеялся Грибнин.

5

– Слышь, Игорь, а, может, останешься? Поработаешь инструктором. Вон ты их как «метелил» на спаррингах. Надолго запомнят твои прыжки. Что скажешь?

– Да нет, спасибо, полковник, – улыбнулся Кропоткин. – Хочется училище закончить. Хочу детей учить. Растить спортсменов буду, секции вести…

– Оставайся в нашем городке, Гепард. Учи здешних детей. Все условия предоставим.

– Нет, полковник. Я уже давно решил, что буду учителем физкультуры. Я не хочу менять планы. Это мое призвание.

– Твое призвание, Игорь, – вдруг тихо произнес Грибнин, – быть профессиональным киллером. Ты – идеальный инструмент для убийства. Жаль только, что ты умный и слишком человечный. Нельзя тебе в гражданскую жизнь. Не дадут тебе мирно жить. Понимаешь? Не дадут! Кругом насилие, сынок. Все рушится.