Портрет второй жены

Юлька никого не дразнила и не обнадеживала, она была просто неприступна, и причина тому была одна – Юра Ратников.

Многочисленные ухажеры очень скоро это поняли, и весь удар их ревности обрушился на него. И конечно, на Сергея Псковитина, потому что все, что касалось Юрки, касалось и его.

Юлька, пожалуй, и представить себе не могла, сколько драк выпало на долю ее будущего мужа, и все из-за нее! Он вечно ходил в синяках, однажды чуть глаза не лишился – к счастью, обошлось рассеченной бровью. И если бы не Сергей, который не вникал в любовные страдания непрошеных кавалеров, – ему и вовсе пришлось бы туго, потому что Юрка скорее умер бы, чем уступил соперникам, даже если бой был заведомо неравным.

Вместе они и боксом пошли заниматься – к тренеру из расположенной поблизости воинской части, который за небольшую плату организовал секцию из окрестных мальчишек.

Неожиданно Юрка оказался лучшим учеником. Реакция у него была мгновенная, короткие, ошеломляющие удары – неотразимые. Даже Сергей иногда проигрывал ему, не успевая отвечать на его стремительные выпады, хотя о мощных псковитинских кулаках легенды ходили и в деревне, и в поселке.

Это было самое счастливое время их дружбы – во всяком случае, для Сергея: он понимал своего друга так, как никогда уже не мог понять его потом. Они читали одни и те же книги, вместе гоняли на мотоциклах, и иногда Сергей даже жалел, что не влюблен в Юльку. Ему казалось, что они с Юркой и влюбиться должны в одну и ту же девушку…

Потом в «академке» появился Саша Неделин, и все пошло прахом.

Двадцать лет спустя Сергей Псковитин вспоминал все это, медленно двигаясь в плотном потоке машин по Садовому кольцу. Его не слишком раздражали пробки, он даже любил эти неизбежные остановки в середине бешеного дня, когда у него вдруг появлялось время сосредоточиться или расслабиться. Юра – тот просто зверел, когда приходилось тормозиться.

– Все, Сереж, покупаем «Волгу» черную, ставим мигалку и будем ездить как чиновники средней руки – по встречной! – восклицал он.

Сергей только посмеивался над его нетерпением.

Сейчас он возвращался в офис, ожидая Юриного звонка: вдруг придется разворачиваться и ехать еще куда-нибудь.

Вернувшись из Германии, Юра взялся за московскую работу с удвоенной энергией. Сергей даже сердился на него. Все-таки год всего прошел после того, как вышел он из Склифа и, слабого, с синими кругами под глазами, Юля увезла его в Ниццу – приходить в себя на Лазурном Берегу.