Все страсти мегаполиса

Ей не до книг сейчас и не до сна, вдруг позвонит любимый, вдруг придет?»

Соня почувствовала, как у нее сводит челюсть, будто она наелась незрелого кизила. Про то, как поэтическая женщина идет в свой добровольный плен, чтоб вновь служить, чтоб снова унижаться, еще можно было кое-как дослушать. Но когда Лорка принялась читать про друзей, которые в часы невзгод уговаривают героиню расстаться с женатым любовником, Соня решительно произнесла:

– Все, Лор, хватит! Длинное какое-то стихотворение. И с чего тебе страдать? Тем более с какого перепугу с ним расставаться? Приличный мужчина, по заднице при людях не хлопает, в сауну с пятью мужиками не тащит.

– Ну, это да-а… – протянула Лорка. – Но все-таки… Все-таки он же не всегда со мной!

– Брось ты, – поморщилась Соня. – Скажи спасибо, что не всегда. Так ты для него праздничная конфетка. Вишенка на торте. А так была бы повседневная будня. Сразу бы претензии начал выставлять: заботься о нем, то-се.

– Ничего у него нет! – обиделась Лорка. – Он спортивный. Следит за собой.

– Трахаться хочет, вот и следит, – безжалостно заметила Соня.

В конце концов, сколько можно глотать эти розовые сопли? Если Лорка дожила до двадцати пяти лет и все еще наслаждается подобным занятием – на здоровье. Но это же не значит, что и все должны.

– Но я же его люблю, – вздохнула Лорка. – Думаешь, притворяюсь?

– Не притворяешься, а просто себя заводишь.

«А заодно покажется, что ты не такая, как на самом деле есть, а нежный, беспомощный ангел», – подумала Соня.

Лорка, впрочем, и в самом деле напоминала ангела – с длинными светлыми локонами и широко распахнутыми голубыми глазами. Она и в первом классе, когда их с Соней посадили за одну парту, была такая же. Может, и не очень хорошо, что за восемнадцать лет человек совсем не изменился, но на Соню подружкина незыблемая ангельская внешность действовала умиротворяюще.

– Когда ты стала такой циничной? – укоризненно воскликнула Лорка.

– Я не циничная, а реалистичная, – улыбнулась Соня. – И всегда такой была. Все, Лоретта, я пошла.

Лоретта – это было полное Лоркино имя. Так что ее склонность заводить в себе возвышенные чувства, как будильник, можно было считать генетическим качеством.