Квебрахо. Альманах

Лицо обычное, часто задумывается (не всегда в подходящем месте), из-за чего проезжает свою остановку.

Редко мысли злые, чаще снисходительные: «люди как люди – был бы лучше организован квартирный вопрос – было бы больше добрых».

Жалеет калек, особенно было жалко беременную женщину, просившую подаяния, и поразили две скрипачки, играющие в метро Бетховена!

Убежден, что многие фильмы, вышедшие 8—12 лет назад надиктованы им на диктофон голливудским киношникам на Измайловском вернисаже, который уже тогда валом посещали иностранцы и где он, Герой, подрабатывал ювелиркой (одна родственница его пациента была до глубины души поражена и возмущена тем, что доктор, который приезжал по «скорой» к ее матери подрабатывает в Измайлово.

С месяц назад спрашивал в DVD-лавке: «Есть ли „Красота по-американски“, хочу показать своему ребенку».

«Ребенку не надо, ребенку нельзя!» – заявляет ему средних лет интеллигент.

«Нет? Но фильм подвигает к размышлению, его надо смотреть, а не пересказывать» – отвечает Герой.

«А вы пересказывали и он, ваш ребенок, что-то понял? Хотя…, а сколько вашему ребенку лет?».

Герой: «Двадцать… двадцать восемь (опять соврамши)».

«А что, это тоже ребенок – философски комментирует интеллигент, – такому ребенку не нельзя, а нужно смотреть такой фильм».

Самое занятное, что Герой отчетливо помнит, как надиктовывал этот фильм кому-то по телефону в период душевного кризиса, лет пять назад, считая, что все кончено! И это обстоятельство умилило Героя в беседе с интеллигентом.

Когда внезапно возникает

Еще не ясный голос труб,

Слова как ястребы ночные

Срываются с горячих губ!

Мелодия как дождь

Случай звенит и стонет

Меж людьми…

Надежды маленький оркестрик…

Б.

Чтобы лучше понять ниже написанное, наверное, нужно знать, что Герой к таким фильмам, как «Однажды в Америке» и «Крестный отец» относится отрицательно, так как называет их прекрасной работой кинематографистов, но вектор этой прекрасной романтики направлен на деструкцию, считает Герой.