Полет души. Поэмы и стихотворения

Австриец жил, а рядом перс —

mit Namen звали, в шутку – Herr- (ц).

В коммунах труд не из-под пряжек:

Где нужно – дизель, двор упряжек.

Не каждый слыл, как коммунист:

Средь них водитель, тракторист,

Всех лучший в крае мукомол;

Кто молод был – шел в комсомол.

Их ждал далекий Казахстан.

Всех местных Неrr- (ы) звали – «пан»,

Призыв к военным: «Иван», «русс» —

Сдавался им лишь жалкий трус.

Но чаще, знаем мы когда,

Без их желанья, внутрь «котла»

Бросали тысячи солдат:

Попали в плен, взамен – штрафбат.

Боец, под страшный минный вой,

Хотел лишь «дружбы» с головой,

Мгновенно принять, чтоб решенье —

В своей судьбе шаг завершенья.

Да, предстоял последний бой —

С фашистами, чуть-чуть с собой,

Сказать вернее, с непривычным —

О смерти чувством, столь обычным.

Быстрее пули летит мысль,

Найти, пытаясь жизни смысл:

«Быть может, для того родился,

Чтобы досрочно с ней простился?…»

А, может быть, поступок твой —

Бессмертный подвиг боевой,

В бойцах поднимет дух и веру —

«Так нужно бить их!», – для примеру.

И в свой последний, смертный час,

Боец, десятки жизней спас,

Огонь весь, приняв на себя,

На нет успех врага сведя.

Подняться снайпер не позволит:

То в каску, пуля, скользя «звонит»,

То в фляжке «тушит» свой полет,

А, третья, клинит пулемет.

Хоть тяжело – близка развязка:

Гранаты вместе, проще – связка.

Пришел черёд подбить итог —

Воспользоваться если б смог…

Так нужно фрицев раздраконить,

Когда «увязнут», взять припомнить,

Кто «бык» в корриде?! «Матадор»

Вонзит клинок во вражий тор.

Сердечный бой в груди солдата

Так призывал, как звон набата,

Когда, с рывком, чека запала,

Удерживать боёк до сих устала.

С ударом в капсюль, начался отсчет

К финалу жизни, где бессмертья счет

Здесь приняв эстафету, на десятки лет,

До памяти народной затеряет след.

Не мог дуб видеть скорбь картины,

Лишь ощутил тот взрыв – не мины:

Дрожь осознанья от корней к ветвям;

Как будто буря супротив ветрам,

Создала волны на пути врагам,

Убрала почву из-под них; ногам

Нет больше места на святой земле —

Увлек их воин в «странствие» во тьме.

Запомнит древо те слова навек,

Что на устах нёс в вечность человек:

«За Родину!». Им, русских не понять —

Не мог он жизнь на Родину менять.