Ниачом и абафсём. Сказки без названия

 – Смотрите! Это все ваше! Ваше! Понимаете?! Что еще нужно?!

– Предел, – вздохнула фрейлина и упала в обморок.

– А она настоящая принцесса, – заметила Принцесса. – В обмороки валится, как по учебнику. Хотите, я ей корону отдам?

– Простолюдинке? – вскинул брови Принц. – С ума не сходите. Уважайте мой статус, пожалуйста. Хотя, свой вы потеряли, увы. Я прощаю, если что. Дверь приоткрытой оставлю.

Он вышел вон, унося на плече сомлевшее фрейлиново тело.

– Дракооооон! – беззвучно завыла Принцесса. – Где ты?!

– Мы не можем, боимся, – пищали недовылупившиеся яйца, – принеси поесть, а? Ты же нас любишь, правда?

– Ребят, – ответил Дракон, – вы уж определитесь.

Или вылупляйтесь, или залупляйтесь обратно.

– Кошмар! – заверещали яйца. – Он не любит нас, он ставит нас перед выбором, а оно нам надо?! Нам оно вредно, мы маленькие, беспомощные и вообще! Дай ему волю, омлет справит из наших недовылупившихся телес. Нам нужно время.

– Сколько?

– Вечность, милый, – ухмыльнулись яйца. – Поесть не забудь принести.

Пшол! Вернее, мы любим тебя!

– Ваше Высочество, – дворцовый стражник умоляюще заглядывал в глаза Принцессе, – ну куда же вы? Среди ночи, да в леса. Темно, волки, мало ли какие опасности? Разбойники, к примеру, житья нет от них совсем. Пожалуйста, одумайтесь.

Принцесса одарила его тяжелым, словно могильная плита, взглядом.

– Эй, товарищ, проходи, эй, пока не получил, – мрачно проговорила она.

– Ваше Высочество, – шептал, упадая на колени стражник, – не погубите.

Меня супруг ваш дражайший на кол посадит, колесует, четвертует, к позорному столбу прикует, а у меня жена, детишки. Не велено отпускать. Проявите сострадание.

– После кола тебе уже все равно будет, – сурово сказала Принцесса, вытаскивая из-за пояса кинжал. – Присягу давал? Что на войне убивают, в курсе?

– Так ведь, – проблеял стражник, – не война.

– Это кому как, – ответила Принцесса. – Жить хочешь? Вот и подумай.

Стражнику понадобилось немного времени, чтобы принять решение. Он позволил Принцессе уйти.

А сам бросил пост, ворчливую жену и ушел к разбойникам, с которыми его давно связывали прочные торгово-денежные отношения. Про детишек наврал, кстати.

Дракон возвращался в гнездо, исполненный невеселых дум о родительском долге. В когтях его болталась корова, оглашая окрестности тоскливым мычанием.

– Я плохой отец, – бормотал Дракон в такт унылым взмахам крыльев.

Вдали показалось гнездо. От неожиданности он чуть не уронил корову.