Былицы

Пот лил ручьями, а в валенках стало сыро от снега, набивавшегося сверху.

Вышли на шоссе, и остановились в ожидании грузотакси. Тогда вместо автобусов ходили эти небольшие грузовички с тентом и скамейками в кузове.

Начинало темнеть, на дворе-то декабрь – самые короткие дни. Место у дороги открытое, ветерок и морозец, вроде, и невелики, но без укрытия стали они нас одолевать.

И тут возник, как посланник божий, наш спаситель. Это был водитель грузовика, остановившегося возле нас. Он, видимо, понял по нашим понурым фигурам, что нам плохо, и надо помочь.

Спаситель вышел из машины, закинул наши елки в кузов, а нас посадил в машину. Он дал нам на двоих пол сайки (были такие булочки). Нам она показалась вкуснее куличей и пирогов.

Довольно быстро мы доехали до дома, шофер Андрей ради нас сделал небольшой крюк. Он помог достать елки из кузова, пожелал удачи и собирался ехать.

Его благодарили мы, видимо, так искренне, что спаситель наш немного приостановился и сказал: «Спасибо за вашу признательность, но помните, что вам повезло – вечером мало машин едет в город.

Пусть это будет вам уроком: если идете в лес, да зимой, то будьте готовы ко всему. Но вы молодцы – крепко держались. Ну, бывайте!» Тут он укатил, а мы, с трудом передвигая ноги, пошли по домам.

Я и Славка на всю жизнь запомнили человечного Андрея и даже номер его машины. Потом иногда видели его грузовик, и всегда приветливо махали друг другу руками.

Летом, в августе, мы оказались в том же лесу.

Собирали малину и грибы, если попадутся. Случайно вышли к участку леса, где зимой пробирались по снегу. Летом его почти невозможно узнать. И только ели со срезанными вершинами выдавали место нашего приключения.

Стало немного не по себе, потому что верхние ветки елок уже немного загнулись вверх. Казалось, что деревья как бы приподняли руки, показывая свое возмущение нашим поступком.

Больше таких походов за новогодними елками мы не делали – хватило одного урока.

Торфянка

Нас почему-то всегда тянуло искать новые и интересные места близ города. Каждое новое открытие сулило какие-то радости, и запоминалось надолго.

Мы знали, что сразу за вагоноремонтным заводом начиналась окраина, а ближайшие села Лукьяново и Григорьевское располагались друг за другом по дороге, идущей из города. Примерно, к югу от Григорьевского до поселка с романтическим названием Ковырино тянулась «торфянка».