Былицы

Если раньше при упоминании имени любого домовладельца у людей возникал образ дома, что-то вспоминалось и о самом хозяине, то после начавшейся революционной катавасии, все круто поменялось, – тогда же и появились номера на зданиях. По номеру дома ничего о нем не скажешь, и тем более, ничего не узнаешь о хозяине, даже о бывшем.

Потом, в тридцатых годах, изменилось и название улицы – прежде она носила совершенно невинное название – Громовская, а потом стала улицей Папанинцев. Чем она провинилась, или наоборот, какое счастливое событие здесь связано с покорителями севера, это так и осталось неведомым, да никто, я думаю, и не решался спрашивать о причинах переименования.

А поводов у властей для переименований имелось всегда достаточно: куда ни глянь – кругом одни «пережитки прошлого», в том числе, в названиях улиц. Возможно, даже не повод был нужен, а зуд какой-то ими овладевал. И власть предержащие в ответ с энтузиазмом занимались «искоренением» пережитков.

Для этого они выдумывали любые причины – чаще это были разного рода военно-политические события, важные, на их взгляд.

По-моему, власти долгое время искоренение пережитков считали своей главной задачей. Хотя, если задуматься, то почти любой догадается, что лишение людей своих корней, своей истории, не приведет ни к чему хорошему.

Так вскоре стремление к обезличиванию названий домов привело к уничтожению хозяйского отношения к ним, что дало свои результаты – жилища ветшали: протекали крыши, облезала краска, начинали дымить печи и прочее, и прочее. Оно и понятно, циркуляры писать легче, чем заниматься делом – хозяйствовать, ремонтировать, строить и просто содержать жилища в порядке. К настоящему времени старые деревянные дома «искоренены» в большинстве своем.

История нашего дома начинается с XVIII века. Строил его один из предков моего деда – Свешникова Александра Алексеевича. Деду дом достался по наследству.

Дом построен довольно добротно. Единственное, что было в нем слабым – это фундамент. А это, к сожалению, основа любого сооружения. В детстве я замечал, что полы в угловых комнатах заметно покаты – это и было следствием слабины.

Зато сруб дома был сложен из мощных бревен.