Весь мир – к твоим ногам. Рассказы

Время от времени кто-нибудь из мужиков подходил к бревну, отклонял его примерно на полметра и отпускал, бревно неизменно возвращалось, уходило маятником в противоположную сторону. Макарыч снова и снова объяснял принцип действия ловушки на медведя всем желающим. Шахтёры одобрительно кивали хмельными головами и возвращались к прежнему занятию.

Анатолий, смирившийся с положением дел – не хотят мужики идти по маршруту, ну и не надо! – отсыпался в палатке.

Карточная эпопея продолжалась и после ужина. Тихий вечер плавно переходил в тёплую ночь.

– Хорошо-то как, господи! – Валера тяжело поднялся, потягиваясь, задрал голову к ярким мерцающим звёздам, обвел сидящих у костра товарищей и зачем-то сообщил: – Пойду отолью!

– Погодь, Валерка! Я с тобой! – едва сумел подняться щуплый, как подросток, Игорь.

Он был пьян сильнее других, так как не корректировал количество спиртного применительно к своей массе тела и пил наравне с бугаём Валерой и другими большими мужиками. Пьяная парочка, пошатываясь и поддерживая друг друга, шагнула в темноту.

Спьяну Игорь не заметил бревна, навалился на него, бревно отклонилось. Игорь по инерции качнулся вперёд, не удержал равновесия и повалился в траву. Бревно, которому он задал при этом приличную скорость, начало возвратное движение, ударило с маху в бок ничего не подозревающего Валеру и опять отправилось в противоположную сторону, где уже начал подниматься Игорь.

Вряд ли когда-либо раньше вековая тайга слышала такие маты. Вряд ли она услышит их позднее.

Валера, угрожая невидимому в темноте врагу, поднялся на карачки, потом встал покрепче на ноги и приготовился. Когда бревно приблизилось, он со всей силы оттолкнул его обратно. Игорёк только что сумел подняться, но не успел выпрямиться, когда его так долбануло в лоб, что он отлетел в сторону и потерял сознание.

На крики и маты прибежали шахтёры. Бревно методично зацепило ещё двоих, потом ещё одного, последнего. Наконец, всё уладилось. Шахтёры подобрали щуплого Игоря, наиболее пострадавшего от медвежьей ловушки, понесли его к костру и бережно уложили на травку.

– А ты говорил: медведь – не дурак! – Макарыч насмешливо глянул на Валеру.