Жизнь за президента. Тайны ХХ века

Ещё того не хватало, чтобы старушка упала в обморок или вообще скончалась здесь, в их обществе, и пришлось бы давать властям долгие, нудные объяснения.

– Миссис Осборн, мы знаем, что нужно делать! Одну минуту!

Лена вертела головой в поисках скамейки, куда можно было посадить старушку. За всё то время, что они ехали в автомобиле и шли по аллее, та не произнесла ни слова, а сейчас вдруг разомкнула ярко накрашенные пожухлые губы. Блеснул ровный ряд искусственных зубов, и Елена с изумлением увидела, что старушка улыбается.

– Не нужно доктора, я в порядке! – произнесла она неожиданно звучным голосом, и это удивило Елену с Артёмом.

А в следующую секунду они оба почувствовали, как кровь прилила к их щекам. Старушка говорила по-русски, с лёгким акцентом, и дошло это до них почему-то не сразу. А когда дошло, Артём моментально взмок, а Елена закусила нижнюю губу, стараясь как можно скорее забыть об их разговорах. Студенты считали полоумную старуху чем-то вроде вещи, болтали при ней всё, что приходило в голову, а она оказывается, понимала…

– Простите, что я сразу не открылась!

Миссис Осборн смотрела на них смеющимися синими глазами – не мутными, ясными, и тоже красивыми.

Лене на мгновение показалось, что сейчас она превратится в молодую женщину; но даже это не потрясло бы их так, как несколько русских слов.

– В таком случае вы бы стеснялись меня, не были бы столь искренни и откровенны… Ужасно было слушать про то, как провожают сейчас в России мёртвых! Раньше так не было.

Люди умели уважать чужую смерть. А нынче… Нет ничего ужаснее раба, незаслуженно ставшего господином. Пойдёмте, милые, там есть скамья, – поторопила старушка своих остолбеневших спутников. – Я уже давно не могу подолгу стоять. В ноябре мне, если доживу, будет девяносто один…

– Вы великолепно говорите по-русски, миссис Осборн! – Елена первая обрела дар речи. – Позвольте узнать каким образом…

– Ничего удивительного.

Старушка пошла быстрее. Видимо, ей придал сил потрясающий эффект, вызванный неожиданным признанием.

– Я родилась в Петрограде за неделю до большевистского переворота. Меня звали Анна Ильина…

– Невероятно! Я тоже из Питера! – Лена даже взвизгнула от удивления. – А миссис Уинстон знает, что вы?..

– Нет-нет, Марта не знает, хотя мы давно знакомы. Для неё я – Энн Осборн. Это фамилия моего первого мужа Джона. Мы обвенчались в сорок третьем, перед его отъездом на фронт. Вот, пожалуйста, садитесь. Места хватит всем.