Музыка льда. Осколки

Первый поцелуй – это обещание таинства. И каким будет сегодня оно тоже кроется в этом первом обещании. Их губы встретились мягко, почти невесомо. Заново знакомясь друг с другом, узнавая то, о чем не говорилось, но что наполняло сейчас душу. Дремотно, плавно. Словно танцевальная пара медленно и лирично входила в поддержку с вращением.

И вот мужчина берет женщину за руку и приглашает следовать за собой. И она идет. Почти не задумываясь ни о чем, просто доверяя тому, что он знает за двоих. И что хорошо, и что правильно.

И мир прочен только в его объятиях, поэтому нужно держаться крепче за его плечи, обнимать ногами, прижиматься всем телом к этой единственной надежной опоре. Стать лианой, обвившейся вокруг могучего ствола. Наполняться им, его силой, энергией, жизнью, которую он несет в себе. И отдавать ему свою мягкость, тепло, сумеречно-лунную женственность. Возрождаться с каждым его движением внутри, наполняться светом. И взорваться в конце от полного слияния, став сверхновой их общей вселенной на двоих.

Погружаясь в сон, она задумчиво бормочет:

– Став королевой, принцесса расцветает по-настоящему?

Илья улыбается:

– Не знаю, кто это сказал, но он точно многое понимает в принцессах и королевах. Особенно про мою!

Засыпает мужчина, притянув Вику к себе. А ей больше не спится. Новые мысли кружат в голове, мешая погрузиться в благословенную дремоту.

****

– Я против!– шипит Леонова и колотит ботинком в борт, за которым ноги Виктории.

Правее и левее сидят Ландау и Григорьев, но Мила бьет коньком ровно в то место, куда упирается дутый сапог Домбровской.

– Я не буду сниматься со второго этапа. Долечу спину параллельно тренировкам! И, вообще, никто не отменял блокаду.

– Точно, а потом всю жизнь с болтами в позвоночнике! Не дури, Леонова!

Тренер наклоняется над бортиком, приближая свое лицо почти вплотную к Милиному, так, что та видит только пару блестящих медно-зеленых глаз, чувствует мятное дыхание с примесью эвкалипта (у женщины побаливает горло) и говорит так тихо, что разобрать слова не могут даже двое рядом на тренерской позиции:

– Второй Японии у нас не будет! Я поумнела и повзрослела.

Фигуристка еще раз со злостью лупит коньком в борт. Так, что слышно, как зубец обдирает краску. И летит на выход с катка:

– Леонова, ты куда!– повышает голос тренер.