Музыка льда. Осколки

А тут сразу трое и с температурой слегли.

Веская причина для нервозности.

Виктория вышла на лед и позвала разминающихся:

– Послушайте меня. Я понимаю, что ситуация непростая, сделать мы с ней ничего не можем. Будем рассчитывать пока на лучшее. И просто делать все максимально хорошо и спокойно, пока нет никакой новой информации. Все! Работаем дальше!

Положила руку на плечо десятилетней девочке, которая стояла справа от нее и сказала:

– Злата, не уходи. Хочу посмотреть, как ты делаешь заход на тройной лутц,– именно его девочка пыталась выполнить, когда Вика шла вдоль трибун, направляясь к тренерской позиции.

Пока тренер наблюдала за спортсменкой и давала указания, подъехал Ландау и протянул ей телефон. Звонили из администрации министерства спорта. Неожиданные люди, не каждый день, прямо скажем, ей названивают от министров.

– Виктория Робертовна, мы узнали о ситуации, которая произошла у вас сегодня на занятиях.

Виктория следила за первым чистым на сегодня выездом с лутца Златы. Молча подняла большой палец, показывая, что той все удалось.

– Да, мы тоже рассчитываем на лучшее,– произнесла в трубку Домбровская.

– Желаем спокойных тренировок и успехов в вашем деле,– отозвался голос на том конце провода.

Женщина молча смотрела на экран смартфона. “Интересно, однако. Ну, оно и к лучшему”.

Она подъехала к своему месту, чтобы положить телефон на стол у пульта. Проезжающий мимо Григорьев спросил:

– Что у нас хорошего?

– Мне только что сказали, что это всего лишь простуда,– улыбнулась Вика.

– Кто сказал? Тесты же еще не готовы?– удивился Михаил.

– Администрации министра спорта виднее,– хмыкнула женщина.

– То есть карантина не будет?– уточнил верный помощник.

– Судя по всему, карантина не будет даже если мы прямо тут на льду начнем падать от вирусной пневмонии и прочих сопутствующих штабелями,– пояснила Домбровская.

– Хоть какой-то плюс от чиновников. Нет, Яннис, не так!..

Мастер постановки прыжков штаба Домбровской поехал догонять Илвиса.