Гадание при свечах

Она даже специально рукой его потрогала: действительно, пол был теплый и согревал ладонь.

В огромном, на всю стену, овальном зеркале Марина увидела себя – голую, с прямыми светло-рыжими волосами, распущенными по плечам. Она никогда не восхищалась собственной фигурой, но здесь, в роскошной ванной, Марина вдруг показалась себе не то чтобы красивее, но как-то изящнее, очаровательнее, даже, пожалуй, таинственнее, чем обычно.

Ее тело тоже казалось хрупким, фарфоровым, и причудливые узоры на стенах, и высокая шапка пены в ванне выглядели подобающим обрамлением к необычной, странной Марининой красоте…

Она лежала в воде, окунув подбородок и волосы в пену, и, борясь со сном, разглядывала множество флаконов, баночек, коробочек и вазочек, стоящих на стеклянных полках.

Пожалуй, они-то больше всего создавали впечатление утонченности, изысканности, которое мгновенно производила эта комната – даже на неискушенную в изысканности Марину.

Как ни жаль было вылезать из воды, но когда-то ведь надо было это сделать.

И, вздохнув, Марина облачилась в длинный махровый халат, который дала ей госпожа Иветта. От халата исходил тот же тонкий, непонятный запах, что и от пены в ванне.

«А сейчас – уснуть, поскорее бы уснуть, – подумала Марина. – Действительно, вся я сегодня какая-то сбитая…»

Глава 10

Марина проснулась поздно. То есть сначала она даже не открыла глаз, но уже почувствовала, что находится в каком-то незнакомом и необычном месте. Постепенно, словно вытаскивая себя из успокоительных объятий сна, она вспомнила все, что было с нею вчера.

Ее сегодняшнее утреннее чувство совсем не напоминало то, с которым она просыпалась в Женином доме и прислушивалась к его шагам в соседней комнате. Того счастливого покоя ей не ощутить больше нигде…

Но здесь, у госпожи Иветты, Марина чувствовала себя хорошо, и глаза она открыла даже с некоторым любопытством.

Вчера она настолько устала, что почти не разглядела комнату, в которой ей было постелено на разложенном широком диване.

Но сегодня, при ярком утреннем свете, Марина с интересом разглядывала свое необычное пристанище.

Самое удивительное, что эта комната в обыкновенной блочной пятиэтажке так же не создавала ощущения убожества, как вчерашняя изысканная ванная. Марина вдруг вспомнила почему-то комнатенку Иришкиной тетки в Орле, в которой светился под потолком обиженный старушечий контур.

«Нашла с чем сравнивать!» – усмехнулась она про себя.