Вокруг денег (сборник)

– Как беспечно живет молодое поколение в наши дни. Хотя вы уже и не молодое поколение вовсе. Тридцать шесть лет…

– Тридцать три, – вставила я по привычке.

– Оставьте, я знакомился с личным делом при назначении вас на новую должность и все прекрасно помню, – махнул он рукой, – но я не об этом. Как так можно жить, единым днем? Ничего не откладывая. А что потом? А случись чего?

Тут я рассердилась. Сидит такой, рассуждает. Сам сытый, холеный, как сыр в масле катается. Конечно, с его доходами можно и на старость себе откладывать, и страховки покупать, и на машине дорогой разъезжать, и за границу кататься, и других поучать.

Это разговоры сытых! А «сытый голодного не разумеет».

Судите сами, хороша бы я была с этим личным финансовым планированием. На старость откладывать? Из каких это, интересно, средств? Ну, отказала бы себе в редких поездках за границу – сидела бы все время на одном месте, как дура. Ничего бы в жизни тогда совсем не повидала. А что взамен? Сколько бы сэкономила? На старость все равно не хватило бы.

Да, до нее, старости этой, еще дожить надо. А свое жилье? Разве на него накопишь при моей-то зарплате! Может, если не есть совсем и голой ходить, тогда, наверное…

– А потом, еще этот кредит. О чем вы думали? Никаких повышений не хватит, чтобы такую сумму погасить. У нас, по крайней мере, столько не получают… – пробурчал себе под нос шеф, – ладно, идите, подумаю, что можно сделать.

Леонид Яковлевич сделал мне жест рукой и потянулся к телефону. Очевидно, он набрал кадровичке, Виктории Павловне.

Потому что, когда я поравнялась с ее столом, она хлопнула трубкой – ничего не может сделать элегантно, – и с топотом, словно бегемот, рванула в кабинет своего хозяина. От рвения все ее толстое тело так и заколыхалось под жутким балахоном, который она напяливает каждый день. И о чем она думает? На что надеется?

Впрочем, зря я о ней так. Виктория за два бокала вина тем же вечером в кафе весь разговор с шефом слово в слово мне выложила. Привожу наш разговор.

– Дела твои дрянь, Люба, – начала она многозначительно.

– Что такое-то? Не тяни!

– Вообще-то, шеф сказал, что это строго секретно.

– Ну, Вика, мы же свои люди! Кстати, еще бокальчик вина?

– Только если закусим чего-нибудь.

– Давай, я угощаю.

– Ну, хорошо. Только смотри, я тебе ничего не говорила.

– Это само собой.

– Говорит мне шеф: «Какая бестолочь эта Люба оказалась! Надо бы ее уволить. Вы подготовьте документы и поговорите с ней.