Австрийские фрукты

Люди, толпящиеся на тротуаре, вдруг хлынули прямо на дорогу. Стали останавливаться машины, даже троллейбусы. Все кричали, некоторые размахивали палками и железными прутьями, лица у всех были злые.

– Девочка, ты что здесь делаешь? – услышала у себя за спиной Танька. – А ну беги домой сейчас же!

Она быстро обернулась. Женщина, которая сказала ей это, глядела сурово. Палки у нее в руках, правда, не было, но была пивная бутылка. И не с крышкой железной, а с затычкой, которая проволокой прикручена. На женщине был платок и штормовка, но все равно она не была похожа на какую-нибудь болховскую тетку, собравшуюся за грибами.

Что-то во всех москвичах было общее, это Танька еще в электричке заметила, и тогда же ей стало любопытно, что же оно такое.

Но теперь ей было уже не любопытно, а страшновато. Чего они кричат? Куда вдруг все рванулись?

Куда бы ни рванулись, а пришлось идти вместе со всеми, потому что сама не заметила, как оказалась в самой середине толпы.

– Дядь, а куда все идут? – спросила Танька мужика, шагающего рядом с ней.

Вид у него был вроде не такой суровый, как у остальных, и ни палки, ни бутылки в руках не было. Но он ничего ей не ответил – увидел кого-то, знакомого, наверное, и исчез в толпе. А того мужика, который шел рядом с другой стороны, Танька спрашивать побоялась, потому что очень уж громко он орал:

– На «Останкино»! На «Останкино»!

Что за Останкино такое, она не знала.

«А все равно хорошо, что до Москвы добралась, – неожиданно подумала Танька. – В Болхове такого не увидишь!»

Ей вдруг показалось, что никакого Болхова и на свете нет.

Улицы там, считай, пустые, если с московскими сравнить, на многих и асфальта даже нету, и люди ходят медленно, а если кто спешит, так разве что в очередь за чем-нибудь… Неужели так живут? Уже и не верится.

А в Москве!.. Страшновато, конечно, зато… Аж щеки покалывает, вот как. Будто от ветра.

Голова у Таньки вертелась, как на шарнирах. Широкая улица перед высоченным зданием со шпилем была перекрыта толпой, троллейбусы по ней ехать не могли, машины тоже.

Люди шли прямо по дороге, во всю ее ширину, и кричали все громче. Чего они хотят, Танька так и не понимала.

– Дядь, а тут что? – спросила она другого мужика, который шел теперь рядом с ней.

Он был в очках и незлой вроде.

– Где? – переспросил он.

– Вот тут.

Танька показала пальцем на дом со шпилем.

– МИД, – ответил мужик.

– Что-что? – не поняла она.

– Министерство иностранных дел, – объяснил он.